И я бы точно не смогла себе его позволить.
— Прости этого говнюка, Ника, — отмахивается подруга от благодарностей, — он после тусы в клубе, представляешь? Перенесли всех пациентов, но на следующий раз он обязательно будет, — уверенно заявляет Катя.
— Он точно лучший гинеколог? — смеясь, спрашиваю у подруги.
— Точно. Загулял мужик, Ника, с кем не бывает. Тебя на следующий прием записали?
— Да.
— Ну вот и отлично! Убедишься в его профессиональности.
Я отключаюсь и иду за витаминами, а после возвращаюсь домой и понимаю, что в следующий раз буду волноваться.
Каким бы хорошим доктором ни был этот Левицкий, но он мужчина, а я привыкла к женщинам.
Глава 9
Спустя 2 недели (после действий, описанных в прологе)
Я до сих пор не могу поверить своим глазам, ушам и ощущениям. Мой доктор это совершенно точно тот самый бармен из клуба. Я не сомневаюсь ни на минуту, но когда стою под его дверью с анализами, сердце в груди готово выпрыгнуть наружу. Мои руки дрожат, а коленки подгибаются как у сопливой девчонки на концерте любимого исполнителя.
Мне тридцать, а веду себя как подросток. Но и поделать ничего не могу, я же помню его, помню, да. И руки, и губы, и глаза, и голос… господи, мне страшно.
Поэтому вместо того чтобы зайти в его кабинет, я быстро накидываю пальто, застегиваю пуговицы, хватаю листочки, которые мне выдали и делаю попытку сбежать. Я почти открываю дверь на улицу и делаю пару спасительных шагов, но меня останавливает вкрадчивый голос:
— Вероника Сергеевна? Справились?
Я замираю.
Убираю руку с ручки двери и пропускаю других посетителей, после чего поворачиваюсь к источнику голоса.
— Да, конечно, Матвей Алексеевич, — сбивчиво говорю я. — Вот, хотела воздухом подышать, а потом к вам.
Я вру. Сбежать я собиралась. Да так, чтобы не возвращаться и вообще уйти из этой клиники к своему доктору. Пусть не самому компетентному и вообще не лучшему, но лишь бы не к нему. Это ж двадцать пять недель, как минимум, видеть его. Я прикидываю в месяцах: почти полгода.
Ну не-е-ет, нет. Я просто не смогу.
— Вам плохо? — заботливо спрашивает мужчина и делает шаг ко мне, а я отхожу назад и больно врезаюсь в стену.
— Вероника Сергеевна, — он подходит почти вплотную, поддерживает меня за локоть и смотрит оценивающим взглядом.
Я не вижу ни капли узнавания или чего-то подобного, но ведь он не может не узнать. Я не сильно изменилась, не набрала десять килограммов и под моими веками не залегли тени.
