— Может, в частную клинику какую надо, Дим? — Легонько трясет, наклоняясь и на ухо нашептывая. — Давай позвоним кому-нибудь, Дима! Ну ты же знаешь, кому нужно! Где хорошие доктора? Сейчас в травму городскую повезут, а там мясорубка. Ну же, Красинский, скажи, чей номер набрать, я тебя умоляю!
Об этом я вообще не думаю. Я улыбаюсь, наслаждаясь тем, как она за меня переживает. И, несмотря на аварию, ощущаю себя счастливым. В такие минуты вся жизнь проносится перед глазами. Слава богу, с Иванкой все в порядке.
— Ты не пострадала? — хриплю, едва шевеля губами.
— Нет, вообще нет, — улыбается Иванка и снова гладит по голове.
— Давно мне надо было под машину.
— Дурак, — злится она, но тоже как-то забавно, по-доброму.
Вот это она стрессанула. Аж на душе тепло становится.
Тут как раз приезжает полиция и, записав номер экипажа скорой помощи, нас везут в приемник «страдания». Там каждый санитар спрашивает, что со мной случилось. Видимо, им мало впечатлений, вот они у любого встречного пострадавшего его кошмарной историей интересуются.
Затем ожидание, ожидание и опять ожидание… а дальше УЗИ, где смотрят мои печенки-селезенки, затем МРТ шеи и головы, ну и кровь на алкоголь.
Первые тридцать минут я лежу, потом начинает покалывать в шее и спине. И из-за неестественного положения фиксации ремни не позволяют нормально вдохнуть полной грудью. Потом все немеет и жжет, и я точно осознаю, что это не из-за аварии. А из-за этих дурацких ремней, но снимать их нельзя, пока не пришел результат МРТ.
Я бы сказал, от удара машиной и падения на землю я испытал боль на три балла, а от этих фиговин в больнице — на крепкую восьмерку.
После девяти часов вечера меня выписывают, дают бумажки, выставляют счет и отправляют на все четыре стороны. И выходя на улицу, я рад, что жив и отделался очень легко. Конечно же, жалею что пропустил «Модный приговор» по телевизору, но думаю, как мне теперь жить с тем, что по приказу моего папаши кто-то пытался наехать на Иванку автомобилем, а в итоге сбил меня.
— Куда тебя везти? — спрашивает, а сама аж трясется от страха.
Мы в такси, я даже Степану не звонил.
— Туда, где наш сын. — Утыкаюсь лбом в холодное стекло.
— На автовокзал, — громко сообщает Иванка водителю и тише поясняет для меня: — Машка увезла его в Волошино, к своей бабушке. — Через паузу: — Думаешь, это он?
— Думаю, что да, — бесцветно отвечаю ей.
ДимаВ Волошино нас с Иванкой ждет настоящая деревенская изба с печным отоплением.
