"
"Один из его друзей – тот самый коротко стриженный парень с хорошо развитой мускулатурой поднял на Ярослава не самый добрый взгляд темных прищуренных глаз, в которых волны ярости бились о берега предательства, а после перевел его на слегка опешившую рыжеволосую девушку. Ее как раз звали Женей, и она была любимой Вана, который все не так понял. Все все не так поняли.
– Это чего такое? – с обалдевшим видом посмотрел на Женю именинник. Он не знал, плакать ему или смеяться. Евгения была девушкой его лучшего друга, с которым – Яр был уверен – его не разлучит ничто, слишком уж многое их связывало.
Но Женя действительно ему нравилась, тайно ото всех. Она вообще ему понравилась с первого взгляда, как только они познакомились, но он благородно уступил ее другу, поняв, что тот по-настоящему влюблен в высокую и тоненькую, как тростинка, девушку-модель с лицом мечтающего о чем-то высоком эльфа. Ярослав очень сильно ценил Вана и готов был ради него поступиться своими желаниями – естественно, в тайне ото всех.
– Я этого не писала! – заверещала Женя. Вид у нее был потрясенный. – Ван, ты не подумай!
– Я уже подумал. И сделал выводы, – бросил молодой человек. – Счастливо быть вместе.
Иван, стукнув тяжелым кулаком по столу, вдруг просто схватил с вешалки свою куртку и покинул комнату, громко хлопнув дверью.
– Чувак, ты куда? Вернись! – обалдели молодые люди, а девушки, с которыми они сегодня познакомились, захихикали – подумали, что стали свидетельницами любовной драмы.
– Ван! – закричал другу вслед и Ярослав, рванулся было за ним, но все же следом не побежал, остался с другими гостями, зная, что другу нужно время, чтобы он успокоился.
Время и полное одиночество. А потом они все выяснят. – Зачем? – устало спросил он у Жени, на глазах которой появились слезы.
– А? – на лице рыжеволосой Евгении застыло испуганное, даже несколько затравленное выражение. Большие, редкого василькового цвета глаза с длинными натуральными ресницами, чуть закрученными вверх, впились в лицо молодого человека взглядом, который бывает у тонущего человека, случайно упавшего за борт и отданного на растерзание стихии.
От этого взгляда у Ярослава чуть не подкосились ноги. А может быть, во всем была виновата выпивка.
– Зачем, Жень? – повторил он, понижая голос. – Зачем при Ване? Мы могли бы поговорить об этом наедине…
– Ярик, это не я, – девушка сложила руки на груди. – Правда, не я. Это не я. Не я, понимаешь?!
– Да не она это, – поддержал возмущенно Шейк девушку.
