Поведала о том, как я оказалась на вручении стипендиатов фонда «Верис», как вновь встретилась с Тимофеем, как он себя вел, как столкнулась с Ритой и с Ириной, как попалась на удочку своей ушлой чокнутой родственницы. Я рассказывала довольно долго, но четко, со всеми подробностями, упомянув даже Инессу Дейберт и Олесю. Только про Ярослава я почти ничего не говорила, ограничившись словами о том, что он – мой ученик. Матильда внимательно, не перебивая, слушала меня.
– Интересно, – проговорила она задумчиво, пытаясь проанализировать ситуацию.
– Настя, никогда более не соглашайся на какие-либо предложения женщины по имени Ирина Реутова.
Мне показалось, что в ее голосе мелькнуло раздражение или даже отвращение.
– Да, я так и сделаю. Просто тогда я была в состоянии легкой паники, не хотела встречаться с отцом, что по глупости согласилась на ее предложение, – вздохнула я, понимая теперь, как ступила. – Еще и ребенка с собой взяла.
– Ребенка? Ах, этого юношу. На ребенка он не тянет, – с полуулыбкой произнесла Матильда.
– Признаться честно, я даже решила, что это твой парень. Что же, тебе повезло, что я услышала их разговор и поехала следом за ними, а потому быстро нашла тебя. Не думаю, что с вами что-то случилось бы, машин на трассе много, но ты должна понимать, что это была демонстрация силы. Тебя пытались поставить в унизительное положение. Показать тебе твое место. Твое бессилие."
"– Рита думает, что мне что-то надо от отца. Его деньги, – поморщилась я, вспоминая, как мачеха ударила меня.
Щека вновь запылала – теперь уже не от боли, а от гнева.
– Это была не демонстрация сил Риты, – медленно проговорила Матильда, сняв свои очки и вертя их в руках. Она часто так делала, когда о чем-либо думала.
– А чья? Да нет, Ирине-то какое дело до меня, – покачала я головой. – Она больше похожа на кошку, которой охота поиграть с мышкой. Думаю, она просто повеселилась за мой счет. Чокнутая. Из-за дяди Тима у нее совсем крыша съехала.
– Значит, какое-то дело есть.
Я устало потерла лицо.
И тут до меня дошло.
– Ирина ведь знает, что у дяди Тима есть молодая любовница, – произнесла я. – Она это точно знает, она сама сказала мне об этом.
Матильда несколько смутилась, видимо, вспомнив, что сама со спины приняла меня за одну из пассий Тимофея.
– Вы ведь дружите с ней! – вспомнилось мне. И даже стало как-то обидно. Оказывается, моя крестная дружит с этой подлой тетей Ирой. Но как же так?
– Мы не дружим. Мы – общаемся, – поправила меня Матильда.
