– Видишь? – достала она из кармана джинсов две искрящиеся нити – белую и красную, которые были связаны тремя узлами. – Это кусочки ваших нитей судеб, я взяла больше, чем можно было. Чтобы вы точно встретились с Настей и чтобы все получилось. Один узел – одна случайность.
Она вздохнула.
– Побуду с тобой до утра, вдруг дибук опять к тебе придет, – великодушно решила призрак и устроилась рядом со спящим Ярославом.
А утром он едва не проспал и на занятия его повез Егор, которому как раз было по пути.
* * *Я проснулась совершенно разбитая и с огромным трудом разлепила глаза, хотя легла вчера довольно рано – как обычно, напечатала статью с интервью одного местного районного начальника департамента образования, к которому вчера же и ездила после практики в школе, сделала новый план урока по русскому языку со своим очаровательным 11-м «Г», почитала немного перед сном популярный детектив одного норвежского писателя, по которому не так давно сняли фильм, и спокойно себе отошла в объятья Морфея в начале двенадцатого.
А после мне стали сниться совершенно кошмарные сны, которые совершенно меня обессилили. Нет, они не были страшными и леденящими кровь. Они были странными и изматывающими. Тоска, злость, отчаяние, грусть, боль, страх – весь спектр отрицательных эмоций был сегодня прочувствован мною во сне. Снов было много, и все они сплелись в одно большое и неприятное сновидение. Прямо как одеяло, сшитое из кучи разноцветных лоскутов. Самым неприятным кошмаром, который мне пришлось пережить, был пожар.
Мне снилось, что я была в каком-то деревянном доме, объятом пламенем, и, кажется, медленно умирала, задыхаясь и пряча руки от языков огня. Это было ужасно, действительно, очень ужасно – осознавать, что сейчас все закончится и никто не поможет, хотя я звала на помощь – изо всех сил.
Дан, увидевший меня утром, когда я плелась на кухню, сочувственно поцокал языком.
– Такое чувство, что ночью тебя били, Наська. Или ты сама кого-то била и замучилась. Или, – тут сосед позволил себя покровительственно усмехнуться, – как будто бы у тебя была очень бурная ночь.
С кем-то очень активным.
– Доброе утро, – пробурчала я и, как зомби, направилась к шкафчику, в котором лежал кофе. У меня действительно была бурная ночь – с активным кошмаром.
– Доброе, доброе. Сядь, я тебе кофе сварю, – приказал мне добрый Даниил, который собирался в универ.
– Спасибо, – бессильно опустилась я на табуретку и прислонилась к стене. Ничего не болело, но я чувствовала себя уставшей.
