– Вы не верите моему сыну? – поинтересовалась Инесса.
– Я… Но… Я не верю в происходящее! Как же так? Миша? Почему ты молчишь? Это твое?
Миша упрямо молчал.
– Кастет у ученика школы, – произнесла Инесса задумчиво. – Холодное оружие. Его ношение и использование запрещены. По-моему, это прописано в статье 20.8 Кодекса об административных правонарушениях. Я назвала нужную статью? Иногда забываю некоторые цифры, хотя совсем недавно я со своим коллегой разговаривала о незаконном ношении оружия среди школьников – он как раз готовит репортаж о том, какой беспредел творится в некоторых учебных заведениях.
"
"Кажется, она ничего особенного не сказала, но, как по мне, так ее маленький монолог был очень и очень затаенной угрозой для Лилии Аркадьевны и, может быть, директора. Блондинка что-то запричитала, обращаясь к своем сыну.
– Я конфискую кастет, – торопливо вмешался директор, – и поскольку ребята не очень пострадали – все-таки мы должны учитывать их возраст и понимать юношеский максимализм и буйство гармонов – думаю, что ограничимся мы тем, чтобы Иван, Миша и Костя извинились друг перед другом.
И, конечно же, все трое получат наказание, которое будут отрабатывать после уроков.
– После уроков? Вы действуете в рамках западного обучающего процесса? – удивленно спросила журналист.
– Да-да, Инесса Викторовна, у нас образовательная программа модернизированная и включает все самое лучше, – отозвался устало директор.
– Только, пожалуйста, при всем при этом не забывайте, что «это все самое лучшее» не должно влиять на то, как дети в конце года сдадут единый государственный экзамен.
– Да-да, – встряла Лилия Аркадьевна. Третья женщина, мама Кости молчала. Что ж, благоразумно.
– Конечно-конечно! Об этом мы позаботимся!
– Не знаю – не знаю, Павел Степанович. – Меня восхищало то, как за короткое время госпожа Дейберт решила эту проблему и, не особо трудясь, поставила на место истеричку Лилию Аркадьевну. – Пока вы будете оставлять ребят после уроков, они будут приспускать дополнительные занятия, на которых они готовятся к экзаменам.
– Тогда мы придумаем что-нибудь другое, – тут же передумал директор.
– Мы сами накажем своих детей. Будьте уверены, Миша получит по заслугам, – кажется, специально для Инессы, которую побаивалась, заявила Лилия Аркадьевна. Та, кажется, прекрасно это понимала.
– Вот и славно.
– С вашего позволения, и я и Миша уйдем, – заявила блондинка. – Всего хорошего!
– Отличного дня. У вас сегодня репетиция? – вежливо спросила журналистка.
