Сейчас я ему устрою весёлую жизнь! Я поднялась из-за стойки и, оттеснив Нонну плечом, бросилась в кабинет финансиста. На разгон от милой зайки до настоящей ведьмы ушло не более трёх секунд.
Рывком открыла дверь и буквально ворвалась внутрь. Стоявшие возле экрана Стефан с генеральным развернулись в мою сторону. Да плевать, что они вместе и у них, возможно, конференция! Пусть хоть сам президент на связи…
— Ника, на тебе лица нет! — с дивана навстречу мне поднялся Кир.
Но я без объяснений двинулась прямо к блондину и со словами: «Стефан Борисович, вы негодяй», — залепила ему пощёчину.
Экран мгновенно погас, и в комнате на пару секунд повисла гробовая тишина, которую прервал Леонид:
— Вероника, по какому праву ты так себя ведёшь? — его леденящий душу голос не предвещал ничего хорошего.
Да пусть хоть сейчас увольняет, я не собираюсь дальше работать с этим уродом!
— А пусть ваш братик расскажет, как он лапает и целует в подсобке перепуганную девчонку, а потом треплет об этом всему офису! Я… напишу заявление об уходе!
Теперь, когда это было озвучено, у меня подогнулись коленки, и я, попятившись, прижалась спиной к стене.
Слёзы уже готовы были брызнуть из глаз. Прощай, уютное кресло секретаря.
— Стёпа, это правда? — спросил генеральный, поворачиваясь к брату.
Кажется, Кир ему кивнул, но ответа блондина я не услышала. Развернувшись, бросилась к двери, пулей выскочила в приёмную и подбежала к стойке. Схватив со стола первый попавшийся листок и ручку, я размашисто написала: «Прошу уволить меня по собственному желанию», — поставила дату и подпись.
Вот так! Теперь можно убираться отсюда…
— Сядь, пожалуйста, Вероника, — послышался над ухом спокойный голос генерального. — А ты, Нонна, оставь нас."
"— Я уже написала заявление, — заявила решительно. Пусть даже не рассчитывает! У меня есть гордость! Никому не позволю так с собой обращаться! А они еще поплачут, о-о-о они ещё пожалеют, что потеряли такого ценного специалиста! Пусть сами теперь варят себе кофе и бьют ёлочные игрушки!
Внезапно на плечо легла горячая твёрдая рука.
— Вижу. Не торопись, остынь, — вопреки обыкновению, Леонид говорил мягко, почти душевно. — Давай разберёмся. Посмотри на меня…
Я подняла голову и застыла, глядя на кончик его носа.
— Посмотри мне в глаза, — попросил босс и, когда я выполнила просьбу, продолжил: — Во-первых, запоминай: никто не имеет права заставлять тебя работать в неурочное время без моего согласия.
