— Давай сначала измерим температуру, а потом выпьешь лекарство, — охваченная непонятным предчувствием, я обернулась и застыла, поскольку оказалась стоящей вплотную к боссу.
— Ты самое лучшее лекарство, — хрипло произнёс мужчина, поднимая пальцами мой подбородок.
— Правда? — пробормотала я нерешительно.
Если сейчас опять чмокнет в лоб — расплачусь…
— Правда, — решительно сказал Леонид и накрыл мои губы своими.
Поцелуй был таким властным и напористым, что притаившаяся внутри меня страсть тут же вырвалась наружу.
Руками я обхватила мужчину за шею и отдалась ощущениям.
Страстный поцелуй длился целую вечность…
Леонид то касался бархатным языком внутренней стороны моей щеки, то скользил по языку, сливаясь с ним в первобытном танце. А когда его губы спустились к шее, пробуя на вкус пульсирующую жилку, я вцепилась в широкие мужские плечи.
По венам пронёсся обжигающий жар — вот оно, моё счастье! Как же долго я тебя ждала! Даже лучше пирамиды, даже лучше четырех алебастровых сосудов с внутренними органами! Это то самое, неземное, чего я ещё не познала ни с одним мужчиной… Потому что никогда не любила по-настоящему.
Внезапно босс поднял голову, и, встретившись с его тёмными, полными страсти глазами, я поняла, насколько обоюдно это желание.
— Не уходи, — хрипло попросил он.
— А я и не собираюсь, — прошептала, вся дрожа от переполнявших меня чувств.
В какой-то момент, когда мы снова прильнули друг к другу, издалека в наш мир ворвался телефонный звонок, который с каждой секундой, казалось, становился громче.
— Какого чёрта?! — выругался босс, с трудом оторвавшись от моих губ.
— Пусть звонят, — я попыталась вновь завладеть его вниманием. — Сейчас есть только ты и я…
Но проклятый рингтон и не думал останавливаться. Кто-то настойчиво желал услышать Леонида.
— Нужно ответить, — он мягко отстранился, заставив меня вздрогнуть.
А я решила взять паузу, пока мысли не станут цензурными и этичными.
— Николай, как же ты не вовремя! — процедил босс и выразительно посмотрел на меня.
Ну хоть не Анна, и на том спасибо. Я опустила голову, пытаясь скрыть внутреннее ликование. Положила градусник с лекарством на стол и с гулко бьющимся сердцем на негнущихся ногах вышла из комнаты.
Треклятый телефон, ещё бы немного и… мы бы занялись любовью прямо в этой спальне!
«Наверное, на той самой кровати, где они были вместе с Анной», — неожиданно включился внутренний голос, возвращая меня к реальности.
Ревную, чёрт побери.
