— Их не нужно снимать, можно просто открыть коробочку, — я показала как.
Босс вытащил кружку и несколько секунд молча её рассматривал:
— Подарок с намёком, — неожиданно вынес вердикт.
Ладони мгновенно вспотели, в лицо бросился жар.
— С каким таким намёком? — я облизала пересохшие губы и попыталась изобразить самое невинное выражение лица. — В общем, думай, что хочешь.
Дверь открылась, на улицу выглянул Кир:
— Куда умчались? Подарки, а потом салют!
Не глядя на генерального, с горящими ушами я поспешила внутрь.
И что же меня ждёт под ёлкой? Главное, чтоб не кружка в виде голого мужика.
— Смотри, какое чудо! — Леська бросилась ко мне, протягивая золотистую коробочку. — И мне такую же подарили.
Я разорвала подарочную бумагу и глазам своим не поверила. Получается, исполнилось моё желание, загаданное ещё до Нового года! Мне ведь хотелось счастья? И вот оно… родименькое! Написанное крупными буквами на коробке с любимыми конфетами. Босс подарил мне счастье! Что хотела, то и получила.
И неважно, что каждой из женщин досталось по такой же коробочке. Я была уверена — когда он выбирал конфеты, думал обо мне.
Ещё какое-то время я стояла, прижимая вкусный подарок к себе, а потом исполненная решимости повернулась, ища взглядом Леонида. Но его, как назло, не было в гостиной. Сейчас бы точно выразила все свои чувства, не стесняясь!
— Бу-м-м, — раздался оглушительный треск, окна озарила вспышка.
— Фейерверк! — закричала прямо в ухо Леська. — Бежим скорее!
Вслед за остальными мы рванули на улицу.
Леонида я увидела сразу — он стоял у гаража, глядя на распускавшиеся в небе огненные цветы. Стефан с Николаем Ивановичем расположились на лужайке подальше от дома и руководили фейерверком. Охая и ахая, Наташа с Яной напряжённо следили за своими мужчинами с крыльца. Я тихонечко двинулась к гаражу, остановилась в нерешительности в нескольких шагах от генерального. Сейчас благодарить за подарок или позже?
— Загадываем желание и зажигаем! — внезапно крикнул подбежавший Кир, поставив на снег коробку с бенгальскими огнями.
Мы с генеральным одновременно нагнулись и протянули руки, случайно схватившись за одну и ту же пачку. Наши пальцы соприкоснулись и замерли. Его — сильные и тёплые — лежали на моих, и он не спешил их отдёргивать. Забыв про фейерверк, про окружающих, будто примороженные, соединив руки, мы сидели, уставившись друг на друга, а сверху сыпались пушистые хлопья снега.
