— Тебе в больницу надо.
— Минуту. Маме сообщу, и поедем.
Подношу телефон к уху. Мама не заставляет себя долго ждать, отвечает после третьего гудка.
— Сыночек, — голос встревоженный. — Рамиль, ты где? У Леры? Что-то мне не по себе сегодня. Я целый час пытаюсь дозвониться до нее, но она не берет трубку, — говорит на одном дыхании.
Я нехотя перебиваю ее:
— Мам, Лера в роддоме. Я тебя поздравляю. Ты снова стала бабушкой.
Некоторое время она просто молчит, анализируя мои слова, затем смеется и обещает, что прямо сейчас едет к нам.
— Приезжай. Не оставляй ее тут одну, хорошо?
Получив положительный ответ, не даю маме времени на раздумья. Сразу отключаюсь, чтобы она не задавала лишних вопросов.
Теперь я сам протягиваю руку Тимуру. Он помогает встать и, выругавшись сквозь стиснутые зубы, начинает орать:
— Идиот, твою мать! Ты в луже сидел?
Слежу за его взглядом. Действительно, и кафель в крови.
— Захаров, — зову, чувствуя, как кружится голова. Меня ведет в сторону, а в глазах темнеет. — Ты не забывай… от меня Лере цветы покупать.
Каждый день. Розы. Она их любит.
Пусть сына и жену не увидел, хотя бы уверился, что с ними все хорошо.
И с этой мыслью проваливаюсь в темноту…
Глава 26
— А вот и наш малыш, — протягивает мне сына медсестра.
Взяв его на руки, прижимаю к своей груди. Мой Саша. Мой родной, любимый. Наклонившись, вдыхаю его запах глубоко в легкие. Боже… Боже! Какой же он красивый.
Укутанный в голубое одеяло малыш вдруг открывает глаза. Маленькое сморщенное личико, темные брови, прямо как у Рамиля, и шелковые черные, как смоль, волосы.
Сын начинает плакать, а меня пробивает дрожь. Почему он плачет?
— Чшшш, ну ты чего? — мои губы касаются его лба.
Я с непониманием смотрю на девушку в белом халате.
— Не волнуйтесь. Это же ребенок. И он, конечно же, будет плакать.
Успокоила прямо!
Несмотря на то, что Саша родился на несколько недель раньше, врач уверил, что с ним все хорошо. Роды прошли намного лучше, чем я ожидала. Не так, как я себе представляла.
Думала, буду днями страдать от боли.
— Скажите, а из моих… — осекаюсь, кусаю нижнюю губу. — Из моих родственников никого нет?
Есть, конечно. Свекровь. Она единственная, кто пришел навестить меня в больнице за все пять дней, которые я провела тут. И Алена разок, потому что я попросила принести мне мой телефон, который я забыла дома. У нее проблем по горло, так еще и со мной возится.
Рамиля нет сейчас, не было и за все время. Лариса Петровна не говорит ни слова.
