Он смотрел ей в глаза, готовясь к боли, но теперь все изменилось. По выражению ее лица он понял, что София не собирается причинить ему страдания.
– Скажи мне, пожалуйста, где ты взял этот медальон?
– Он мой.
Сквозь тонкую ситцевую рубашку просвечивали контуры ее тела. Лука видел, что на ней нет белья… Странно, но он не мог думать ни о чем другом: она голая… В ее голосе что-то появилось – как будто страх. Но чего ей бояться?
– Где ты его нашел? Прошу тебя, скажи.
– Он мой.
Она подошла к столу.
– Это очень важно.
Ты должен мне сказать. Пожалуйста…
Он не мог понять, что происходит. Почему она задает ему эти вопросы? Она просит его сказать то, чего он сказать не может. Протянув руку, София коснулась его лица, потом быстро отдернула руку. Охваченный страхом, Лука вновь вжался в спинку стула."
"София внимательно разглядывала его лицо, как будто видела его впервые. Неожиданно она отвернулась, глаза ее заметались по комнате в поисках конверта – того самого, в котором она принесла фотографии. Лука следил за каждым ее движением.
Вот она схватила конверт, открыла его и что-то достала. Это была единственная фотография, которую она не выложила на стол, – фотография Майкла Лучано.
Лука смотрел на нее как зачарованный. Почему она так странно себя ведет? София дюйм за дюймом вытягивала снимок из конверта, потом повернулась к нему спиной, чтобы он не видел, что она делает. С губ ее сорвался тихий стон. Ей не нужны были его слова. Она и так знала, что Лука – их ребенок.
Встав прямо перед ним, она посмотрела в голубые глаза, в данный момент не выражавшие ничего, кроме немого недоумения и страха, и начала медленно раскачивать медальон: взад-вперед, взад-вперед…
Глаза Луки помимо его воли следили за золотым сердечком.
Наконец он заглянул в темные омуты глаз Софии. Сердечко еще немного покачалось и замерло, перекрутившись на цепочке.
– Скажи мне имена тех, кто хотел уничтожить семью Лучано, а взамен… взамен я скажу тебе имя твоего отца.
Он взглянул на нее с ангельской, недоверчивой улыбкой.
Она подошла ближе.
– Клянусь святой Девой Марией, что говорю правду. Я знаю его имя, Лука. Знаю.
Лука замер. Он ей не верил. Его белесые немигающие глаза смотрели осуждающе… Его не обманешь! У него нет ни отца, ни матери. Он рожден дьяволом. Вот почему его постоянно наказывали, вот почему запирали. Она хочет его обмануть!
– Ты сбежал, да? Сбежал из приюта «Святые сестры»? Тебя искали на ярмарке. Ты ведь был там, Лука?
Только глаза выражали его мучительное смятение.
