Если у меня возникнет необходимость снова связаться с вами и с синьорой Грациеллой, я найду вас по этому адресу?
София встала и сказала, что она еще какое-то время поживет у Терезы, а когда найдет себе другую квартиру, обязательно сообщит им свой новый адрес. Она проводила мужчин до двери, поблагодарила за визит и пожала обоим руки.
Пирелли на мгновение задержал ее руку в своей, пытаясь наладить с ней душевный контакт, но она отступила на шаг.
– Если вам будет нужно поговорить с кем-то из моей семьи, пожалуйста, звоните.
Мы уже почти поверили, что справедливости не существует, однако теперь я так не считаю. Я восхищена вашей работой, комиссар. Примите мою самую искреннюю благодарность. Да благословит вас Господь."
"Джиганте стоял рядом, и Пирелли не мог сказать ничего личного. Он лишь улыбнулся, получив в ответ ледяной взгляд. София была недосягаема – недосягаема особенно для него. Ее рука показалась ему холодной, чужой. В глубине души он знал – это конец: она уже никогда, никогда не позволит ему к ней приблизиться.
Детективы медленно спускались по лестнице. Они слышали, как София закрыла за ними дверь.
Дождавшись, когда они преодолеют половину пути, она накинула на замок цепочку, потом медленно, словно во сне, прошла в ванную и без судорожных усилий одной долгой струей выплеснула в раковину содержимое своего желудка. Почистив зубы, она вернулась в спальню и повесила телефонную трубку на рычаг, после чего села за стол в кабинете и стала ждать звонка. Она знала, что Лука Каролла, он же Джонни Морено, обязательно ей позвонит, и ждала, тревожась за женщин.
Глава 37
София сидела у телефона. Когда он наконец зазвонил, ей хотелось тут же схватить трубку, но, прежде чем это сделать, она выждала несколько звонков.
– София, это ты?
– Привет, Тереза.
– Как у тебя дела? Все в порядке? София?
– Да. Ты где?
Тереза рассказала ей про дом и про то, как они все обрадовались. Она сообщила, что Джонни уже выехал за ней.
– Пирелли пробыл у меня несколько часов.
– Все в порядке? – снова спросила Тереза, поскольку голос Софии звучал как-то странно и отрешенно.
– София, ты меня слышишь?
– Да… Все объясню при встрече. А теперь позови, пожалуйста, маму, мне надо с ней поговорить.
Грациелла подошла к телефону и принялась описывать дом, но София ее перебила:
– Мама, послушай меня. У тебя когда-то был садовник, такой молодой паренек, рыжий. Ты не помнишь, как его звали?
– Ах, si, Жуан! Это племянник Адины. Теперь у него свой таксопарк в Палермо.
