– Очнись, София, ради бога, очнись! Какой честный человек согласится вложить хоть цент в компанию Лучано?
Мойра топнула ногой:
– Да перестаньте вы ругаться! Я не понимаю, что на тебя нашло, София. Ты потеряла мужа и двоих детей, а теперь вдруг взялась отстаивать какие-то дурацкие моральные принципы – как раз тогда, когда мы, похоже, начали выбираться из дерьма.
– Может быть, все дело как раз в том, что у меня было двое детей, Мойра. Я была матерью – вот почему я против.
По дороге домой Мойра с Софией уже не разговаривали.
В квартире они не могли никуда друг от друга деться, и отношения, и без того накаленные, были на грани.
Грациелла затеяла готовить обед и чуть не взорвала маленькую кухню, потому что не знала, как зажигать газовую плиту. Громыхая посудой, она варила огромную кастрюлю спагетти.
Пришел Лука, почти скрытый за огромным букетом роз. Грациелла с радостным смехом приняла цветы. Еще он принес вино, сыр моцарелла и свежеиспеченный хлеб. Его затащили на кухню пробовать соус для спагетти.
Роза позвала Софию есть. В соседней комнате орало радио, и Мойра назло Софии распевала во все горло. Тереза постучала в дверь спальни и вошла.
– Ты идешь есть? Мама приготовила обед, и Джонни пришел.
– Я не голодна.
Тереза закрыла дверь и присела на край кровати.
– Я подумала о том, что ты сказала в машине. Если хочешь отказаться, дело твое. Мы постараемся дать тебе деньги, чтобы ты могла вернуться в Рим и заново открыть там свой бизнес.
– Как я его открою? У меня нет ни одной модели, у меня нет даже рабочего кабинета! Я потратила все до последнего цента на оплату судебного штрафа мамы.
Я разорена, Тереза, и все-таки не могу согласиться с тем, что ты делаешь.
Тереза вздохнула и серьезно посмотрела на Софию:
– Хочешь совет? Я бы на твоем месте не стала опять вливаться в струю высокой моды. Ты можешь использовать более дешевые модели и открыть сеть магазинов одной фирмы. Это принесет тебе доход.
– Ты много всего знаешь, Тереза, только не надо меня учить, как вести дела.
– Тебя следовало давно этому научить, тогда бы ты не обанкротилась! Знаешь, все эти шелковые вещички и распашные топы очень красивы, но кто может позволить себе потратить на платье пять тысяч долларов? У тебя слишком маленький рынок.
София закурила.
– Многие женщины могут себе это позволить, Тереза. Раньше и я была в их числе. Те женщины, которым я хочу продавать свои модели, тратят за сезон по шестьдесят тысяч долларов.
