Видишь ли, они считают, что сделали нам очень щедрое предложение, и за это мы должны включить в договор о продаже все права на портовое имущество, корабли – то есть целое предприятие… В случае нашего несогласия с понедельника цена начнет падать… Они хотят, чтобы мы освободили все помещения к концу этого месяца.
– Они не имеют права! Послушай, может, я позвоню Пирелли и попрошу его нам помочь?
– Ты хочешь подвергнуть маму опасности? А заодно Розу и всех нас? Если они узнают, что мы подключили к делу полицию, нам не поздоровится.
Нам нужен человек, который будет нас защищать. Поэтому я наняла Джонни…
– О нет, только не это…
– Подожди, выслушай меня! Мы можем ему доверять, потому что он вынужден доверять нам. Один звонок твоему драгоценному Пирелли – и его арестуют за убийство Данте.
София скрестила руки на груди:
– Похоже, ты уже все решила без меня.
– Ты можешь отказаться. Я даже не стала посвящать остальных во все подробности, понимая, как это опасно.
– Это Морено тебе предложил?
– Нет, я рассказала ему свой план, чтобы выяснить его мнение, и… Послушай, ты хочешь узнать, что мы собираемся делать?
София кивнула и махнула рукой, дав знак Терезе продолжать.
– Значит, так: мы притормозим Корлеоне, а сами тем временем уедем из Палермо в Нью-Йорк. Там мы продадим…
– Постой. Что значит притормозим?
– Ну, то есть протянем время. Пригласим их к себе и скажем, что нам надо еще подумать, а потом быстренько смотаемся. В Нью-Йорке есть один тип, Майкл Барзини, так вот он сделал неплохое предложение Марио Домино.
Таким образом, мы уедем с Сицилии, а вести войну со Штатами им вряд ли захочется. Даже если война и начнется, мы в ней не будем участвовать.
София побледнела.
– Боже мой, Тереза! – воскликнула она. – А если они узнают? Разве они не могут послать в Штаты своих людей? Они доберутся до нас, где бы мы ни были…"
"– Знаю, я об этом подумала. Мы согласимся продать наше имущество лишь в том случае, если нам предоставят защиту.
Если к нам обратятся люди Корлеоне, мы скажем, что у нас не было выбора, что Барзини нам угрожал. Прикинемся бедными овечками. Нас считают глупыми вдовами, которые не способны сами вести дела, – так сыграем эту роль до конца. По мнению Джонни, нам остается только одно: убедить Корлеоне, что мы действуем на свой страх и риск, хоть сами ничего не соображаем. Главное – дать им понять, что за нами никто не стоит.
