Мы и так нарушаем правила. Не стоит злоупотреблять привилегиями, которые вам предоставили, иначе мне могут не разрешить видеться с вами так же часто…
– Я думал о том, что говорил доктор Уллиано. Я могу назвать имя, а вы должны дать мне слово, что используете эти сведения в самом крайнем случае, если мне откажут в освобождении.
Каролла обливался потом от страха, что его могут подслушать другие заключенные, он стал говорить так тихо, что помощнику адвоката пришлось прижаться к самой решетке, чтобы расслышать.
– Какое имя?
– Уллиано сказал, что если я назову имя вероятного убийцы ребенка Палузо…
Тюремщики открывали камеру за камерой, и цепочка заключенных быстро удлинялась.
Шла непрерывная перекличка, и из-за шума было почти не слышно, что говорит Каролла.
Каролла так разволновался, что даже схватил молодого человека за лацканы пиджака, просунув руки между прутьями решетки.
– Вы должны выследить моего сына, Луку Кароллу…
Помощник адвоката не мог поверить своим ушам. Он выдает собственного сына? Переспрашивать было слишком поздно, тюремщики уже открывали дверь соседней камеры и приказали ему уходить.
Но клерк понял, что Каролла не играл с ним в игры: он плакал.
Помощник Уллиано присоединился к остальным адвокатам в комнате, где они переодевались в мантии. Отведя своего патрона в сторону, он помог ему надеть мантию и тихо сказал:
– Каролла назвал имя убийцы Палузо. Он показал на своего сына, Луку Кароллу.
– Что-о?!
– Так он сказал. Что я должен предпринять по этому поводу?
В дверь заглянул охранник и предупредил, что заседание скоро начнется.
Уллиано стал собирать свои бумаги, готовясь выйти в зал.
– Отправляйтесь в полицейское управление, найдите комиссара Пирелли и скажите, что нам нужно встретиться в обеденный перерыв. Я все объясню ему при личной встрече.
Уллиано зашагал впереди группы адвокатов, и они двинулись по подземному коридору в здание суда. В то время как помощник Уллиано мчался в полицейское управление, комиссар Пирелли входил в зал суда. Свободных мест не нашлось, и он остался стоять у стены.
Лука повернул рукоятку своей трости-пистолета. Теперь пистолет был снят с предохранителя и его палец лежал на курке, скрытом под набалдашником клюки. Руки у него не дрожали, кончик клюки не сдвинулся ни на волосок. Лука ждал. Охранники заводили заключенных в предпоследнюю клетку, скоро должны ввести Кароллу.
Грациелла нащупала предохранитель «люгера» и отпустила его. Охранники запирали соседнюю с Кароллой клетку.
