– Вам лучше остаться, синьор, боюсь, ваши услуги могут еще понадобиться. Где Грациелла?
– Марио, это ты? – послышался голос Грациеллы.
Домино обернулся и увидел ее на середине лестницы. Некоторое время он еще удерживал руку врача, потом отпустил ее и шагнул навстречу женщине.
– Мне нужно поговорить с тобой наедине.
Грациелла спустилась в холл. При ее появлении все мужчины замолчали. Домино чувствовал на себе их любопытные взгляды. Он протянул ей руку, Грациелла крепко пожала ее и улыбнулась такой печальной улыбкой, что у Домино защемило сердце.
– Спасибо, что пришел, ты должен быть с нами. Я хочу, чтобы до возвращения Роберто все ушли. Я несколько раз звонила в ресторан, но телефон не отвечает.
Разговаривая, они прошли в кабинет дона, и Грациелла закрыла дверь. Домино догадался, что Грациелла еще ничего не знает, и растерялся, не понимая, с чего начать.
– Они поехали все вместе пообедать, – продолжала тем временем Грациелла. – Дон хотел поговорить с ними наедине и сообщить о своем решении… О господи, Марио, мальчики убиты!
От потрясения глаза Грациеллы казались застывшими, прозрачными и как будто выцветшими.
– Грациелла, – еле слышно прошептал Домино, слова давались ему с большим трудом. – Это еще не все. Боже, дай мне силы… я не знаю, как тебе сказать.
Домино вцепился обеими руками в спинку стула и, закрыв глаза и не поднимая головы, сообщил Грациелле страшную новость. Он чувствовал себя беспомощным. Домино изо всех сил пытался держать в узде собственные чувства, чтобы быть в состоянии хоть как-то утешить Грациеллу, но в результате она сама нежно коснулась его руки.
Ее рука казалась легкой, почти невесомой, как перышко.
Домино повернулся, собираясь обнять ее, но женщина попятилась. Она прерывисто вздохнула, потом в другой раз, в третий и погладила себя по груди, словно восстанавливая рукой ритм сердцебиения. Домино не находил для нее слов утешения, да и какие тут могли быть слова? Он абсолютно ничего не мог для нее сделать и просто стоял рядом, чувствуя себя жалким и ненужным.
Грациелла медленно обошла вокруг письменного стола дона и остановилась, глядя на ряд фотографий. К полному недоумению Домино, она села за стол, взяла ручку и с чуть ли не деловитым видом подвинула к себе лист бумаги. Затем она стала быстро что-то писать, исписала почти всю страницу, отложила ручку, спокойно перечитала все написанное и протянула лист Домино.
– Марио, не мог бы ты связаться со всеми людьми из этого списка? Нужно разобрать шатры.
