Тогда он подтянулся на руках и начал засовывать ей в рот член, шепча, что она этого хочет… Она попыталась отвернуть голову в сторону, однако он схватил ее за волосы и заставил взять его в рот, после чего с силой надавил, так что пенис проник ей в самое горло…
– Вот так, крошка! Соси, соси… Давай соси, грязная сука!
Она отчаянно сопротивлялась, но он не отпускал ее волосы. Она приглушенно застонала…
– Придется подождать. Соси, сука, а потом я тебя трахну! Я хочу, чтобы ты просила меня, умоляла, чтобы я тебя трахнул.
Она делала то, что он приказывал, а он стонал от наслаждения, сидя у нее на груди, и не слышал, как дверь открылась, не видел перекошенного от ужаса лица дочери…
Тереза стала умолять его прекратить это, лишь тогда он сжалился и выпустил ее. Он грубо вошел в нее и начал целовать жадно и жестоко, проникающие движения его языка соответствовали ритмичным толчкам. Ей казалось, что его член разрывает ее внутренности. Когда все было кончено, он до крови укусил ее за губу и застыл сверху.
Тереза стояла в спальне обнаженная и разглядывала свое истерзанное тело.
У нее было ощущение, будто ее изнасиловал чужой человек. Теперь она не сомневалась, что он ходит к проституткам, которым нравится то, что он только что делал с ней. Она быстро надела ночную рубашку. Ей хотелось бежать в церковь и молиться, просить прощения за свои грехи, за его грехи… Она чувствовала себя грязной и поруганной.
На следующее утро он вышел из ванной в полотенце, обвязанном вокруг бедер, вытирая голову другим.
С его волос на спину и грудь капала вода.
– Знаешь, а ты права: они действительно относятся ко мне как к последнему дерьму. Им плевать на мое мнение. Они держат меня при этих чертовых складах на вторых ролях. Но как я могу что-нибудь изменить? Эти ребята работают на отца по двадцать лет, они знают его бизнес вдоль и поперек, а я…
– Зато они не выигрывают на ралли, – по-матерински ласково улыбнулась Тереза. – Может быть, нам устроить небольшой отпуск, поехать повидать Софию с Константино, посмотреть на их малыша?
– Прекрасная идея.
– А перед отъездом принеси из конторы несколько контрактов. Пока ты будешь возиться со своими мотоциклами, я просмотрю их. А потом мы вместе их обсудим, чтобы у тебя было что сказать отцу.
– Так и сделаем.
Насвистывая, он вернулся в ванную и облился лосьоном. Тереза наблюдала за ним через полуоткрытую дверь, любуясь его загорелым, гибким телом. Он перехватил ее взгляд и широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы.
