Константино аккуратно поставил чашку на стол:
– Прошу прощения, но мама редко принимает гостей. Я думаю, она перевозбудилась. Она все еще…
– Дело в вашем брате?
– Да. Это странно, однако она всегда расстраивается именно за столом. Наверное, потому, что острее ощущает то, что его нет с нами. Когда мы собираемся все вместе, его место пустует. Мама еще очень слаба. Но надеюсь, скоро поправится.
Они сидели в полном молчании, глядя в сад. София думала о том, вернется ли Грациелла к столу, или она снова упустила свой шанс.
– Надолго ли уехал ваш отец?
Константино удивленно посмотрел на нее, не понимая, почему это ее интересует.
– Вашей маме будет легче, когда он вернется, – объяснила она.
– Не думаю. С тех пор как похоронили брата, они с трудом общаются друг с другом, – ответил Константино. София заметила, что он никогда не называет Майкла по имени. Константино вновь устремил взгляд в глубину сада.
– Вам, должно быть, тоже нелегко, – сказала она.
– Да… – Он нервно стучал ногой о пол. – Раньше я был вторым сыном… Позвольте заметить, что вы прекрасно выглядите сегодня.
– Спасибо… – растерянно отозвалась София на этот неожиданный комплимент и улыбнулась.
Он поднялся и прошелся по веранде. Остановившись поодаль в тени, он сунул руки в карманы и сказал:
– Я хотел приехать повидать вас, но… В общем, я не был уверен в том, что вы захотите меня видеть. Если бы я заехал к вам в отель, вы бы согласились встретиться со мной?
София рассмеялась и ответила, что, разумеется, да. Он радостно улыбнулся и вернулся за стол.
– У вас есть семья?
– Нет. Отец умер, когда я была еще маленькой, а мама полтора года назад.
– Извините… А в отеле, где вы работаете… У вас там родственники?
– Нет. Просто я там работаю, вот и все.
– Скажите, откуда вы приехали? – спросил он вдруг, положа ей руку на плечо. – Хозяин сказал, что вы сняли номер вечером накануне аварии.
София почувствовала, что настал подходящий момент, и собралась все рассказать. Но Константино ласково погладил ее по щеке и прошептал:
– Простите, я не имею права задавать вам столько вопросов…
На веранду вышел Альфредо, и момент был упущен.
Он сел за стол, намазал хлеб маслом и откусил большой кусок, испачкав щеку.
– Вы окончательно поправились? Никаких последствий?
– Никаких, – ответила София, чувствуя на себе пытливый взгляд юноши. Он отложил бутерброд и стал вертеть в руках чайную ложечку. София обратила внимание на то, что братья были как-то странно взвинчены, особенно Альфредо.
