На душе у нее было легко и спокойно от сознания того, что она поступает правильно.
Однако по мере того, как поезд подходил к Палермо, ее уверенность сменилась гневом. Она стала нервно теребить юбку, не зная, чем занять руки. Что, если они откажутся принять ее или Майкл не захочет признать своего ребенка?
Сомнения не покинули ее, когда она сошла с поезда и сняла номер в дешевом отеле, где приняла душ и переоделась. Придирчиво осмотрев себя в зеркале, она еще больше расстроилась: платье немодное, туфли из грубой кожи, да и сама она какая-то худая…
– Это потому, что я работала как проклятая, – оправдала она саму себя и тщательно причесалась.
Тяжелые густые волосы волнами легли ей на плечи, и даже при своем самокритическом настроении ей пришлось признать, что они красивы. Она вплела в них ленту и подмигнула своему отражению. Правда, туфли не перестали раздражать ее, но общий вид оказался вполне удовлетворительным.
София долго прождала автобус, который высадил ее в полумиле от виллы «Ривера». Она спускалась по склону холма к дому, лежащему в долине и купающемуся в золотистых лучах солнца.
Ее самоуверенность таяла с каждым шагом, и она повторяла про себя заранее приготовленную речь, пока шла вдоль высокой кирпичной стены. Подойдя к чугунным решетчатым воротам, она облизнула пересохшие от волнения губы. Как долго она ждала этой минуты! Последние несколько метров она преодолела почти бегом.
София позвонила, и за воротами появился охранник. Он молча уставился на нее сквозь решетку.
– Buon giorno![1] Меня зовут София Висконти, и я давняя знакомая Майкла Лучано.
Я хотела бы поговорить с ним по частному делу.
Охранник пришел в замешательство. Она издевается над ним или просто сумасшедшая? Однако добродушное лицо девушки и та трогательная решимость, с которой она упрямо поджала губы, заставили его ответить ей ласково:
– Иди домой, девочка. Иди.
– Я не тронусь с места до тех пор, пока не поговорю с ним или с его отцом, – заявила София. Это была вторая часть ее заранее приготовленной речи.
– Ты что, газет не читаешь? Уходи отсюда немедленно.
Убирайся. Надо же иметь хоть каплю совести!
К воротам вышел второй охранник и сделал ей знак удалиться, но София твердо возразила:
– Я не уйду, пока не повидаюсь с Майклом Лучано. Я проделала долгий путь, чтобы поговорить с ним. Пожалуйста, это очень важно.
Охранники переглянулись между собой, а затем подошли ближе к Софии. Она вцепилась обеими руками в решетку ворот, демонстрируя намерение любой ценой добиться своего.
