Эстер улыбается открыто и даже по-дружески. Впрочем, именно дружелюбная улыбка и настораживает меня. Есть в ней что-то ироничное, насмешливое, как будто эта таинственная женщина все обо мне знает.
Вспоминается, как она смеялась, когда увидела сияющее кольцо на моем пальце."
"— Тебя не должно быть тут, Лилия, — Эстер шутливо цокает языком и складывает руки на груди, а я опускаюсь на кожаный диван.
— Но я тут, — отвечаю глухо.
— А Роберт знает, кто ты на самом деле? — приподнимает она тонкую бровь.
Я каменею и пытаюсь быстро обдумать ответ.
Нет, признавать вслух иномирное происхождение не собираюсь. Пусть Эстер и уверена в своей правоте, но я не дам ей в руки свое устное признание.
— Конечно, знает, — улыбаюсь. — Разве возможно не признать жену и сына?
— Неожиданный поворот с истинностью, — Эстер хмыкает. — Лилии бы это не понравилось.
Чуть не подскакиваю с дивана. Хочется возразить, что Лилия отказалась от сына, подставила меня, и теперь не имеет права что-либо оценивать. Ее жизнь я примерила на себя и отдавать обратно не собираюсь.
Но вовремя прикусываю язык и рассматриваю высокие стеллажи с книгами, чтобы собраться с мыслями.
— Ты говоришь очень странные вещи, Эстер, — вздыхаю и смотрю ей в глаза. — У меня были трудные роды и я потеряла память. Прошлое приходится восстанавливать по кусочкам, урывками вспоминая те или иные моменты.
Все-таки выдаю первоначальную версию. Не имеет значения, если Эстер в нее не поверит — главное, повернуть разговор в нужное мне русло.
— Ты с умом воспользовалась шансом, — задумчиво произносит Эстер и окидывает меня взглядом с ног до головы. — Похудела, приобрела осанку и манеры. Стала истинной. Кто мог подумать.
Смысл ее слов размыт и я недовольно морщусь. Жду, когда она сообщит мне что-то конкретное. Но сама спрашивать не хочу. Я все еще не понимаю — враг мне Эстер или хотя бы нейтральный наблюдатель.
По-видимому, она надеется, что я начну говорить первой и сболтну лишнее. Тоже выжидает. Тщетно, конечно же.
Мы сидим в тишине, а потом она не выдерживает.
— А ты умна. Правильно делаешь, что не открываешься мне. А вот я вынуждена выложить на стол все карты, — она поджимает нижнюю губу и насмешливое выражение исчезает с ее лица. — У меня просто нет другого выхода.
— Я с большим интересом выслушаю тебя, Эстер, — складываю руки на коленях.
— Роберт тоже нас слышит? Он унизал твои пальцы артефактами, бережет сокровище, — Эстер щурится и качает головой. — Кто мог подумать.
