За ближайшими столами стихли разговоры. Телохранители, что стояли позади королевских кресел, свысока одарили тяжелыми взглядами неучтивую иномирянку.
– Мы сегодня в хорошем расположении духа, так что можешь говорить честно, – повел рукой король, усмехаясь.
– Что ж, зал украшен миленько, – начала перечислять Лиза, сев ровно и убрав руку от щеки. – Блюда великолепны, наконец-то в них чувствуется вкус специй...
На самом деле ""милое"" убранство банкетного зала заключалось лишь в том, что на столах были скатерти и красивая посуда.
По крайней мере, на столе молодых среди металлических блюд стоял тонкостенный расписной фарфор – такая изысканная роскошь! – и кроме ложек лежали неудобные двузубые вилки, зато с резными костяными ручками. Но ни цветов, ни каких-либо гирлянд, ничего из декора в зале или на столах больше не было. Еда же действительно поражала разнообразием, а та пара блюд, которые Лиза осилила попробовать, были не только досолены, но и отзывались тонкими оттенками душистых специй.
– Но развлечения так себе, какие-то странные песни... для свадьбы, – добавила Лиза, осторожно подбирая слова. – Это ведь не похороны, чтобы слушать, кто сколько и кого убил.
На самом деле заунывный речитатив местного барда навеивал на нее еще большую тоску во всей этой неприятной ситуацией с внезапным замужеством. И так хоть волком вой, не было никаких идей, что ей делать с хмурым, молчаливым мужем, как себя вести. Так еще и музыка похоронная какая-то.
При ее словах многие присутствующие взглянули на стоящих меж столами музыкантов.
Парнишка сглотнул и побледнел, пожилой гусляр тонкими пальцами провел по своей седой бородке.
– А какие песни поют на свадьбах твоего мира? – поинтересовался король.
– Разные, но больше подходящие для танцев и веселья. И обычно о любви там поется...
– О любви? – хмыкнул кто-то, сидящий с другой стороны от мужа, но быстро осекся.
– Да, интересно, – продолжил король, недовольно глядя в сторону выскочки. Затем обратился опять к Лизе.
– Напой нам хоть одну подобную песню для примера.
– Да, а мы подхватим... ежели чего... – поддакнул парнишка-менестрель, но тут же еще больше побелел под метнувшимися к нему взглядами охраны."
"– К сожалению, музыкальными талантами я обделена, – призналась девушка, ища причину отказаться. – Моим пением только соседей распугивать.
Не хотелось бы позориться еще больше, ведь сейчас она после тяжелой болезни и красотой не блещет.
