От ее искренней радости мне вдруг стало так тепло и спокойно… Если моя фея со мной, значит, все хорошо!
И все же стоило прикрыть ее наготу, мы все же в приличном обществе. Я извлек из инвентаря запасной комплект своей формы, а так как Александр Морозов, то есть я, не отличался большими размерами, то и одежда пришлась фее как раз. После того, как мы наконец наобнимались, Уна быстро переоделась, уже привычно прорезав магией отверстия для крыльев. И я вдруг понял, что забыл про Мурру, все это время не издавшей ни звука.
Глаза кошкодевочки были раскрыты до пределов, данных ей природой. Заметив наше внимание, она внезапно бухнулась на колени, благоговейно шепча: «Великая богиня!»
Глава 11 «Явление богини народу»
Едва Уна переоделась, как вновь бросилась на меня. На этот раз, уже обретя дар речи.
— Я так рада тебя видеть, так рада! Я так испугалась, что потеряла тебя, а тут… — тараторила она, все никак не успокаиваясь. Мне пришлось поцеловать ее и только это привело мою верную крылатую спутницу в себя.
Уна, судя по всему, уже не собиралась слезать с моих колен и вцепилась в меня мертвой хваткой. Ну я точно был не против. Я уже не помню, когда ощущал такое теплое чувство в груди… Тут она заметила стоящую на коленях Мурру, пожирающую фею преданными глазами.
— А кто это? — почему-то шепотом осведомилась мой фамильяр, — какая симпатичная кошечка. И на вид сильная, выносливая, всю ночь продержится… Нам как раз рыжей в гареме не хватает! Как ее зовут?
— Уна, — сокрушенно покачал я головой, — опять ты про гарем… мы в Мурмирисе, затерянном городе зверолюдов.
— Ой, так это же здорово, — весело посмотрела на меня фея, — Значит, здесь не только кошкодевочки есть, но и собачки? А лисы? Обожаю лисичек! А как мы вообще сюда попали?
— Долгая история, что ты последнее помнишь? — осторожно спросил я у нее.
— Ну… — Уна нахмурилась, — На нас напали носороги… Было очень больно… Стало темно. И холодно. Очень холодно и страшно… — Уна нахмурилась и теснее прижалась ко мне, обхватив руками и ногами.
— Но ты вернулась, и все хорошо, — погладил я ее ласково по голове.
— Ты меня возродил? — оторвавшись от моей груди, она пронзительно посмотрела на меня чудесными переливающимися глазами. — Я чувствую… я ведь могла и не вернуться?
— Да, — серьезно кивнул я и нажал на ее носик. — И не говори больше таких глупостей. Я всегда тебя верну.
— Спасибо… а сколько времени прошло?
— Ровно двадцать четыре часа.
