Тут даже столик для одежды предусмотрен. Медленно раздеваюсь, торможу перед большим зеркалом и впервые за долго время делаю то, что давно перестала — рассматриваю себя. Поворачиваюсь спиной, оглядываюсь через плечо.
Полоски шрамов побелели и затянулись, но если провести пальцами, все равно хорошо чувствуются.
Подарок отца теперь со мной на всю оставшуюся жизнь. Напоминание о том, что бывает, если идешь против него.
Снова проваливаюсь в тот вечер, когда униженная тем, что из меня сделали девственницу на продажу, я приехала в отель к тому мужику.
Как шла по коридору, чувствуя себя грязной, хотя я еще даже не вошла в его номер. В голове тогда билась только одна мысль — спасти дочь.
Но когда он потянул ко мне свои мерзкие лапы, я сдалась и решила схитрить. За что потом и поплатилась.
Раздается щелчок, и я, вздрогнув, резко поворачиваюсь к двери. Арман заходит и плотно закрывает за собой дверь. Он в одном только полотенце на бедрах. На груди капельки воды, а волосы влажные и лежат в беспорядке.
Видимо, у него есть еще одна ванная.
— Ты зачем здесь? — испуганно спрашиваю, прикрываясь руками и кофтой, которую успела схватить."
"Нечаев не торопится отвечать — скользит по мне оценивающим взглядом, от которого становится очень горько. Прикидывает, насколько я хуже тех девушек, которые скрашивают его досуг?
— Ты моя жена, Лена, если забыла. А у жены есть определенные обязательства.
Что? Я шокированно смотрю на него. Ну, не может же он говорить всерьез!
— У нас фиктивный брак, — напоминаю ему, крепче прижимая к себе кофту.
— Теперь у нас такой брак, как я решу, — чеканит Арман. — Так что сейчас ты будешь исправно выполнять супружеский долг, детка.
— Я не могу, — хриплю, представляя, что он сейчас возьмет меня и тогда увидит все, что со мной сделали. Я же… Я же не выдержу этого!
— А я не спрашиваю…
Его решимость загоняет меня в угол. Я не готова к сексу. Просто не готова! После того, что сотворил со мной отец, меня передергивало от любого мужского внимания. И только Арман оказался исключением — лишь его поцелуи и прикосновения не вызывали у меня тошноты.
Правда, поняла я это не сразу.
И все же я не готова заняться с ним сексом. Просто не готова.
— Арман, пожалуйста, — шепчу, отходя шаг за шагом, пока не упираюсь спиной в тот самый столик.
Он чуть наклоняет голову набок, рассматривает меня.
— Пожалуйста, что? Сделай вид, что ты не пропустил два года жизни дочери? Забудь, что я тебя кинула и обманула? Что, Лена?
Его голос звенит лютой злостью.
