— А?
— Согласны ли вы, Елена Семеновна Таркович, взять в законные мужья Армана Дмитриевича Нечаева?
Поворачиваюсь к нему — жених невозмутимо смотрит на меня, а в его взгляде легкое превосходство. Словно он уверен в том, что услышит. Вопреки всем доводам разума во мне вспыхивает яркое желание послать его сейчас. И ведь… И ведь если бы я была уверена, что Инга не подведет, я бы так и сделала.
Проблема в том, что я не могу доверять ей на все сто. И именно поэтому должна подстраховаться.
— Согласна, — глухо отвечаю.
Ответ жениха я слушаю на автомате. Почему — то во мне нет ни грамма сомнений, что Арман не упустит возможности насладиться своей игрой. Пока я не понимаю, зачем именно это ему нужно — поиздеваться, чтобы в очередной раз доказать, какой он мачо?
Или у него план поинтереснее?
— В знак любви и верности обменяйтесь кольцами.
Перед нам появляется подушечка с обручальными украшениями. Я уже тянусь первой, чтобы закончить этот фарс, но Арман опережает меня — первым берет кольцо и мою руку.
А затем, пристально глядя мне в глаза, надевает его мне на палец, при этом говоря:
— Клянусь беречь тебя от невзгод и защищать от недоброжелателей.
Его голос звучит тихо, так что различить слова оказывается непросто. Но у меня выходит. И на краткий миг я поддаюсь этой магии, верю, что все так и будет. Что все это — по — настоящему.
Растерянно смотрю на кольцо на своем пальце — оно невероятно красивое. Широкое, простое на первый взгляд. Но я различаю витиеватый узор в центре и потрясающую россыпь бриллиантов.
— Теперь невеста, — подсказывает распорядительница. Только тогда прихожу в себя и беру кольцо. Внутри натягивается струна. Не смотрю в глаза Армана. Чувствую, что просто не справлюсь, если сделаю это.
Надеваю кольцо ему на палец. Выходит это с трудом — у меня трясутся руки, и я едва не роняю несчастное кольцо. Только надев его, замечаю, что в паре кольца смотрятся особенно эффектно — мужское тоже с узором, но более скупым и мужским, что ли.
— Объявляю вас мужем и женой! Можете поцеловать невесту!
Стандартная фраза становится спусковым крючком — я не раз прокручивала в голове этот момент. И была уверена, что смогу хладнокровно поцеловать Армана.
Я заблуждалась. Конкретно сейчас, видя, как мой теперь уже муж делает ко мне шаг, я отступаю, по — прежнему глядя куда угодно, но только не на Нечаева.
В голове у меня лишь одна мысль — бежать. И как можно скорее, чтобы сберечь остатки своей гордости.
