- Слухи долетели и до нас, не такие мы и дикие, как вам могло показаться! Ваш королёк хромоногий, потерявший вторую ипостась, неполноценный орк!
Торн, находившийся по левую от меня руку, напрягся и потянулся было к огромному тесаку, лежавшему рядом с его бедром, но я сделала едва заметный жест и орк, прекрасно всё поняв, нежно погладил острый край лезвия и снова выпрямился, с прищуром глядя на Магнуса.
- Ага-ага, верно говоришь, мой вождь! - поддакивая, часто-часто закивал, как китайский болванчик, самонаречённый шаман.
- Какой такой король? А? Не было у нас таких, и даром не нать!
- Его Величество Ансгар Первый совершенно здоров и может свободно трансформироваться в зверя. Коли не веришь, я распинаться и что-то доказывать не стану, и ещё, - прищурившись, холодно добавила, при этом продолжая деланно — спокойно сидеть на вытертой почти в пыль циновке: - Если ты ещё раз позволишь себе отозваться о моём отце в столь неуважительном тоне, пеняй на себя!"
"Ветер взметнулся ввысь, трансформируя мелкую пыль в серый смерч и тут же опал, подавленный моей силой: я дала волю своим способностям, недвусмысленно демонстрируя Магнусу кто именно хозяин положения.
На берег мы сошли втроём без дополнительной охраны, поскольку я вовсе не боялась этой жалкой кучки нелюдей, основную часть которых составляли женщины и дети. Берсерков тут было трое, не считая того парня, что занимался на крупном валуне в паре километрах от стойбища.
- Ты маг! - ахнула знахарка, прижав сухую ладонь к тонким губам.
- О Хеймдалль, неужели и среди орков родилась колдунья? А я, старая, не верила слухам...
- Тебе показалось, Рчака, это всего лишь ветер! - подслеповато щурясь, выдал местный ""шаман"".
Я склонила голову к плечу и, резко нагнувшись вперёд, с силой хлопнула раскрытой ладонью оземь. Почва пошла мелкими ветвистыми трещинами, притормозила подле скрещённых ног ""ша"" Поруна, обрисовала вокруг него идеальный круг, а миг спустя, ничего не понимающий старик, несуразно вскинув руки, провалился на полметра вниз.
Запоздалый истеричный вскрик порадовал мою хулиганистую душу, но я смогла удержаться и не рассмеяться, сохранив на лице маску полнейшей невозмутимости. Народ, стеной стоявший в стороне, хором ахнул, пуще прежнего округлив глаза.
- Моё предложение в силе, решение за вами. А нам пора в путь, - завершила беседу я, встала одним слитным движением и, быстро развернувшись, направилась в сторону корабля.
