Здесь его уже знали, так как покидали они с Батлером заведение именно этим путем. И даже наличие мундира офицера королевской стражи с лейтенантскими знаками отличия вышибал не смутило. Деловым Девонгира по роду деятельности частенько приходилось прибегать к маскараду. Арчибальд, не задерживаясь в общем зале, где на его мундир бросали заинтересованные взгляды урки, гадая, что это за фрукт здесь второй день вертится, сразу заказал плотный завтрак в свой номер и, получив заказ, поспешил с ним уединиться.
Ему надо было хорошо подумать в спокойной, тихой обстановке и выработать план дальнейших действий. Но прежде чем этим заняться, юноша решил откушать и разобраться с подарком росского купца. Уж очень его заинтересовали слова Никиты насчет уникальных бронезащитных свойств кожи. Быстро умяв завтрак, Арчи освободил место на столе, положил на него белоснежную куртку и, не раздумывая долго, с размаху вогнал в нее заточку. Жалобно тренькнула закаленная сталь.
Руку отбросило назад с той же силой, с какой он наносил удар. Юноша освидетельствовал обломок заточки в своей руке, ощупал ткань в месте удара и, не найдя на ней даже царапины, пришел в неописуемый восторг. Вот это бронежилет! Арчи не удосужился даже проанализировать, откуда в его голову приходят такие странные названия. Главное, что у него в руках оказался материал, который в той среде, где он сейчас вращается, очень и очень даже пригодится. Любителей засунуть перо в бок здесь хватало.
Арчи, не раздумывая, снял офицерский камзол, кинул его на диван рядом со шляпой и женским шарфиком, которые оставил здесь еще с ночи, когда с Батлером выходил на поиски цыган, натянул на себя куртку и подошел к зеркалу.
— Нда–с, шито явно на заказ. Жаль только, на не мой. Ну и бугай же ты, Никита. — Куртка висела на нем как на вешалке. — А материальчик ничего, мягонький. Ее ушить бы, да к ней приличные портки и сапоги того же колера…
Куртка послушно сжалась по горизонтали, вытянулась по вертикали, юношу приподняло в воздух, и с него сами собой слетели офицерские штаны и сапоги.
Еще мгновение, и ошеломленный Арчибальд вновь стоял перед зеркалом и пялился в него во все глаза. На нем был шикарный новенький, с иголочки, костюм, под ним ослепительно–белая рубашка и жилетка, брюки с идеально отутюженными стрелочками, а на ногах ботинки. И все это ослепительно–белого цвета.
