Из–за поворота тропинки навстречу «вольным магам» вышли три мрачные мощные фигуры в серых кафтанах.
У одного под глазом набухал громадный фингал, у второго челюсть была на боку, третий сердито ощупывал расквашенный нос.
– Уй… – тихо охнул Одуван и попятился.
– В кусты не ходи, – посоветовал Арчибальд, – подсматривать будут.
– Ну сынок… опять удружил! – прогудел могучий старик, вытирая юшку под носом. – Предупреждать надо, что с магом едешь. А вы, ваша светлость, рукам волю–то сильно не давайте! У нас мужики этого не любят.
– Да это никак твой батя! – сообразил Арчибальд.
– Батя, батя, – кивнул головой старик, вытаскивая из–за пояса кнут. – Скидывай штаны, сынок. Пороть буду!
– Тихо! – вклинился между отцом и сыном Арчибальд, краем глаза замечая, что из–за поворота выходит всё больше и больше народу. – Кто таков?
– Дык… – растерялся старик, – отец я его, Михайло. Меня, правда, больше Мишкой кличут…
– Ну это понятно, – усмехнулся аферист. – Запомни, Михаил. И вы все тоже запомните! Этот человек – мой друг.
А я за своих друзей, как и за своих людей, любому глотку перерву. Это понятно?
– Поня–а–атно, – почесал затылок Михаил. – Ладно, сынок, сегодня я тебя пороть не буду.
Одуван благодарно посмотрел на своего спасителя.
– Вообще никогда! – строго сказал Арчи. – Ну… разве что с моего разрешения…
Одуван опять сник.
– Ай да барин! – загалдели в толпе.
– Этот в обиду не даст!
– Как за каменной стеной будем!
Арчи поднял руку. Искусство управления людьми, чувство толпы у него было врожденное.
И толпа стихла.
– Запомните ещё одно. Для меня Одуван друг, а для вас господин де Галлон де Мрасе де Фьерфон!
– Одувашка, ты чё, в дворяне выбился? – ахнул Михайло.
– Выбился, батько… – Одуван гордо выпятил грудь.
– А теперь я хотел бы знать, почему никто не кланяется своему барону и его благородному другу? – перешёл в наступление Арчибальд, закрепляя успех.
Здоровенные дородные мужики начали усердно кланяться в ножки.
– Ваше сиятельство, извольте сюда.
Мы уже всё к вашему приезду приготовили. Вся деревенька Заболотная встречать вас вышла.
Деревенька открылась сразу, за поворотом тропы. Деревья расступились, и перед взором барона раскинулось огромное озеро, вдоль берега которого в хаотическом нагромождении стояли добротные деревянные дома.
Одуван не соврал. Дворов четыреста, если не больше, в Заболотной было. У окраины деревни, той, что ближе к лесу, клубилась огромная толпа.
