Он, конечно, и сам заметил телегу на другом берегу. Так, ладно. Вроде отдохнули, пора возвращаться. Парень встал и пошел обратно в воду. Когда ему стало по пояс, он лег на воду и поплыл. Руки очень скоро налилась тяжестью, все-таки он уже в пятый раз реку переплывает. Поэтому Аринэль плыл не торопясь, чтобы конечности судорогой не свело. Это ж река, не бассейн. Хоть и не сильно тут глубоко и широко, но утонуть при удаче можно и в луже.
«Это кто там еще приехал? - Аринэль увидел, что рядом с телегой стоит еще одна лошадь.
Собственно, вариантов было не очень много. Либо кто-то из сестер... А не, они же с утра уехали в дома, которые для них строили... Только Саманта осталась, сказав, что ей нужно привыкать к походным условиям. Еще могла прибыть Рена...
Аринэль кивнул своим мыслям, когда увидел именно ее. Девушка привстала, высматривая его в воде. Зачем-то...
Последние пару метров парень ускорился, забивая мышцы. Вскоре ноги коснулись дна.
«Надо еще рассказать про академию», - пришла снова мысль.
Аринэль нахмурился, выходя на берег. Вот вроде бы это от него никак не зависит, но почему-то так неприятно, словно он обманул их. Парень вздохнул.
На лице Рены почему-то было разочарование. Вот прям будто ее сладкого лишили, при этом помахав этим сладким перед ее носом. Кстати, все сидели уже вокруг расстеленного на земле куска кожи, то есть, получается, возле стола. И на этом самом столе стояло блюдо с горкой лепешек, лежали на отрезах ткани жаренные куски мяса, стебли секоча украшали этот натюрморт.
Картине «Полевой пир» не хватало только чего-нибудь спиртного. Вместо него стоял кувшин с молоком.
- Господин! - Ками радостно помахала ему рукой, вызвав хмык от Рены.
Да, орки не привычны к таким именованиям. Они, хех, этакие неформалы, среди них нет господ. Даже вождь племени - это не главный бугор, а скорее тот, кто добровольно взвалил на себя общественные дела. И вот за это его и уважают. То есть вождь - это что-то типа старосты класса. Профит небольшой, зато дел по горло.
Аринэль, не став надевать штаны, как был, в кальсонах, приземлился на колени, изображая японца. Рядом с сестренкой, которая играла уже турецкого пашу и, лежа на боку, прикрывала лицо от солнца полотенцем (точнее, это был отрез белой ткани). С другой стороны от Аринэля оказались сестры Хейгар. Они сняли седла и сидели на них.
Напротив Аринэля оказался Дариан, в позе лотоса. Рена сидела, а точнее небрежно так полулежала рядом с ним.
