- Подожди, - вскинул руку Аринэль. - Тут вот какие...
- Брат мой, - заговорила Саманта. - Невместно, когда аристократ ниже статусом фамильярно зовет старшего по имени.
- Анти! - вроде бы слегка улегшееся у Аринэля раздражение, вновь поднялось в груди.
Саманта в ответ изобразила на лице удовлетворение.
- Значит так, Даяна, - снова обратился к новой... подчиненной Аринэль. - Когда будет официальное что-то, зовешь меня милордом, ант с тобой.
А так Аринэлем. Ясно?
Что-то просьба прозвучала, как приказ. Даяна даже лицом посуровела и кивнула.
- Ясно, ми... Аринэль, - серьезно сказала она.
Ари только вздохнул.
- Так, вернемся к предыдущей теме, - чуть оскалился Аринэль, посмотрев на Дариана.
Теперь вздохнул уже он. Но возражать не стал, понятно.
- Вот ты увидел, что четверо типов вваливаются в каюту, - заговорил Ари менторским тоном. - Как ты сделал, уже известно.
Что надо было сделать?
- Оценить силы, - буркнул Дариан.
- Ну, давай, оценивай, - Аринэль сложил руки на животе и откинулся на спинку.
- Их четверо, я без оружия, - забубнил Дариан, а потом поморщился. - Да я увидел, как они деву... Даяну ударили и словно переклинило!
- Вот чтобы, когда даже переклинивает, ты не ошалел в атаке и нужно тренироваться, - произнес Аринэль. - Когда так происходит, ты делаешь то, чему тебя научили.
Первое, оценить силы. У тебя под боком были ДВА бойца, замечу, получше тебя. Да хотя бы меня позвал! Два шага же! Я бы прямо из дверей этих товарищей бы стрелами утыкал.
- А почему ты так и не сделал? - как бы невзначай спросила Саманта.
- А потому что кое-кого уже положили на пол, - ответил Аринэль. - И ант его знает, чтобы дальше делать стали. А лук я не взял потому, что даже не предполагал, что кое-кто попреттараном в каюту.
Аринэль перевел дух. Дариан снова сгорбился. Даяна смотрела на Ари так, словно увидела мессию. Даже рот приоткрыла.
- Я тоже, конечно, затупил изрядно, - произнес Аринэль. - Расслабился, наверное. Надо было взять, конечно, лук. Просто... Да, что уж теперь.
Парень махнул рукой. А экипаж все ехал вдоль берега. Дома слева постепенно стали меняться. Сначала они приобрели некий лоск, говоря о том, в них живут люди побогаче, чем у порта.
