Где Чистяков?
– В кабинете, кажется.
Невероятный прогресс! Еще совсем недавно Саня даже не замечал отсутствия тетки и страшно удивлялся, когда выяснялось, что ее нет дома. А сейчас не только услышал, как она пришла, но и оказался в курсе, где находится теткин муж.
«Не иначе завтра красный снег пойдет», – с улыбкой подумала Настя, разгружая продукты из пакетов и раскладывая их по шкафам и полкам холодильника.
Оставив Дзюбу одного, она зашла в кабинет, где Леша работал, когда не ездил в свой институт. Мужа она застала разговаривающим по телефону, причем голос у него был сердитый: судя по репликам, он выговаривал кому-то за нарушение сроков представления плановой работы.
Алексей жестом попросил ее подойти, не прерывая словесной выволочки, усадил к себе на колени и чмокнул в висок.
– Ну и кого ты так распекал? – спросила Настя, когда он закончил разговор.
– Да ты ж понимаешь, – усмехнулся он, – у любого начальника всегда масса возможностей, подчиненных-то много, так что найти, кому намылить шею, раз плюнуть.
Ты одна приехала?
– С Ромкой.
– Опять коммунистический субботник устраиваешь?
– Ну а как без этого? – засмеялась Настя, крепче прижимаясь к мужу. – Бесплатный труд на основе голого энтузиазма – это единственное, чем можно хоть когда-нибудь побороть преступность. Поможешь?
– Куда я денусь? Помогу, конечно. Но в обмен на еду. А то дома шаром покати.
– Я все привезла, сейчас приготовлю.
– Ладно. – Чистяков легко столкнул жену с колен и поднялся из-за стола.
– Еду в четыре руки приготовим, так быстрее получится, а всех рабов в это время сгоним на плантации.
– Думаешь, прокатит? – с сомнением спросила она. – Ромка-то готов, он именно для этого и приехал, ты поможешь, я потом подключусь. А вот за молодую поросль не поручусь."
"– Не волнуйся, – фыркнул Чистяков. – Судя по тому, какие круги они выписывали вокруг вашей схемы, которую ты так ловко оставила на столе, поросль готова потрудиться. Оба просто умирают от любопытства.
Он не ошибся.
Едва Дзюба успел включить Настин ноутбук, а сама Настя вместе с Алексеем взялись за ножи и загромыхали кастрюлями и сковородками, как тут же нарисовались Санек и Петруччо. Лица у них были делано безразличными, но глаза сверкали азартом.
– Настя, а пожрать когда будет? – спросил Санек, блуждая взглядом вовсе не по разложенным на кухонном столе продуктам, а по большому столу в столовой, на котором лежала многострадальная схема и за которым уже работал Роман.
