Дима некоторое время молча меня рассматривал каким-то шальным взглядом, от которого становилось невыносимо жарко и неспокойно. Потемневшие омуты глаз, обрамлённые пушистыми ресницами, проникали глубоко в душу. Густые темные брови почти сомкнулись, а кожа над переносицей сжалась в глубокую складку. Мрачный и задумчивый мужчина, словно магнитом, удерживал на себе моё внимание. Слегка запавшие под скулами щеки покрыла заметная отросшая щетина. То ли от беспокойства, то ли от гнева кровь бешеными толчками бурлила в сонной артерии на его шее.
И это тяжёлое, глубокое дыхание указывало на то, что он на грани… Знать бы ещё на грани чего???
Он обладал огромным талантом производить незабываемое впечатление на окружающих самым неожиданным образом. Вот и сейчас его внезапное появление стало причиной неприятного казуса. Жжение пальцев ног вернуло меня в реальность. Чай! Совсем не обратила внимание, когда горячий напиток плеснул на кожу. Не так уж сильно обожглась, но всё же ощущения не из приятных. Я старалась не думать о себе.
Вместо этого молча жалела его.
Глядя на особенного мужчину, к которому мои чувства становились всё крепче, я понимала, что сама виновата в случившемся и легче от этого не становилось. В его присутствии моё сердце трепетало, словно отрезки атласных лент на ветру и этого уже достаточно, чтобы в душе появилась та самая искорка ревности. В миг, когда моя рука приготовилась прикоснуться к его лицу, чтобы нежно успокоить боль и погладить подушечками пальцев сине-багровый синяк под глазом, ушат холодной воды от воспоминаний о его красивой спутнице отрезвил меня.
Пришлось собрать всю свою жалость в кулак и крепко удерживать при себе. Да ещё и эта колкая фраза, брошенная Андрею приказным тоном, чтобы разрубил тесный узел между нами, не оставила равнодушной… Неужели мужская ревность выглядит именно так? Каким способом он намеривался осуществить угрозу? Обычно мне нравятся сумасшедшие, но это уже слишком!
— Вы «Седьмое небо» не разрушили, гладиаторы фиговы?! — поднимаю своё недовольное лицо на Андрея, сжимая губы в тонкую линию.
Кажется, взвинченное состояние мнимого женишка от части передалось мне. — Боже! Как же тебя красят фингал и ссадины и ещё этот отек… и такая привлекательная губа… болит??
Ощутимо ткнула пальцем в больное место от злости. Дима зашипел, прищуривая один глаз и автоматически приложил к скуле руку, аккуратно растирая саднящую кожу четырьмя пальцами.
— Какого черта ты тут делаешь, Лина? — раздалось ответное рычание.
