Муж улыбаясь, отправил мобильник в карман брюк и не дав проговорить ни слова, набросился на мой рот, закрывая его неистовым, глубоким поцелуем, от которого голова пошла кругом и мысли выветрились всё до единой.
Целуясь, мы медленно пятились назад, шаг за шагом, ощупывая руками пространство позади нас, чтобы не упасть на пол. Дима остановился посреди комнаты, переводя тяжёлое сбивчивое дыхание, все также крепко держал меня в жарких объятиях. Дышать ровно я не могла. Пульс зашкаливал. В венах полыхала жажда близости, страсть пеленала моё сознание, посылая горячие волны одну за другой вниз между ног.
Внутри меня распускались бутоны, порхали пресловутые бабочки, пробуждалась весна…
— Зачем ты напялила этот свитер в такую жару? Решила меня подразнить? — Дима отходил к кровати, увлекая меня за собой. Удивительно, но страх куда-то исчез, оставляя место интересу и неуёмному желанию отдаться любимому мужчине без лишних слов и разговоров. Может быть потому, что он не торопился со своими желаниями.
Вёл себя сдержанно и терпеливо, не скрывая от меня своего возбуждения в брюках, которое не раз ощутила своим дрожащим телом, прижимаясь к нему вплотную. Его тихий, грудной стон врывался в мое сознание, каждый раз, когда мужские ладони сжимали попку и вдавливали низ живота в мужской эрегированный орган, заставляли тело вздрагивать от такого плотного контакта. Всё кружилось вокруг и плыло. Наверное и наши души обезумели от блаженства единения.
— Я нне… знаю… зачем… напялила… — кажется, реальность перестала для меня существовать.
Дмитрий медленно потянулся к пуговицам своей рубашки, и тут же принялся красивыми, длинными пальцами их расстёгивать, не разрывая со мной зрительного контакта.
— Поможешь? — хрипло произнёс, гипнотизируя меня своими игривыми глазищами, наполненными лукавым блеском. — Хочу, чтобы ты сняла её с меня.
Я застыла, наслаждаясь низким голосом. Мужественный, прекрасный, напряжённый муж стоял передо мной, вручая мне в руки права на себя.
Делай, что хочешь… — шептало мне моё второе Я. Он твой! Открытый и такой же беззащитный, взволнованный, пытается не подавать вида и находится так близко от меня.
— Ангелина…
Очнувшись, тянусь к мелким пуговичкам. Из последних сил стараюсь сосредоточиться на них. Пальцы касаются открытого треугольника его кожи на груди, их тут же пронзает током. Они не слушаются меня. С трудом справляюсь с задачей, искусав все губы почти до крови.
