"
"После того как Вика закончила университет, ее трудовая деятельность только расширилась. Где она только ни работала, как только ни старалась лишь бы добиться своего.
Денег почти не тратила — лишь минимум на еду и одежду, жила с девчонками в общежитии. Что угодно во имя экономии.
И наступило счастье. Пять лет каторжного труда окупились сторицей. Ей удалось накопить приличную сумму, такую, что хватило бы на первый взнос, даже кое-какой ремонт, мебель.
Тогда же Вика познакомилась с Владом.
Молодой перспективный актер, играющий в любительском театре, произвел на нее сильное впечатление.
Холеный широкоплечий блондин мог свести с ума кого угодно, но предпочел скромную Вику, совсем не избалованную мужским вниманием.
Встретившись с Владом, она окунулась совсем в другой мир, полный чувств и неземных удовольствий.
Он показался ей идеальным. Кроме того, таким же трудягой, как и она, ведь, кроме игры в театре, преподавал актерское мастерство в колледже.
Влад очень поддерживал ее морально, говорил, какая она умница и как ученики ее обожают.
Никогда не обижался, если из-за обилия работы ей приходилось переносить свидания.
Они поженились, взяли двушку в ипотеку, и…
Влада уволили из колледжа за вопиющее нарушение этики. Точнее, страшную подставу, как он утверждал. Ведь разве он мог в здравом уме распивать со студентами на кафедре горячительные напитки? Поклеп! И ни с какой женой декана он не зажигал, у него, вообще-то, своя жена есть, умница и красавица, а не та крокозябра, которая заведует бухгалтерией и выписывает премии.
То, с каким возмущением Влад ей об этом рассказывал, убедило наивную Вику — он ни при чем.
Вика подумала, что пришел ее черед морально поддержать мужа. И она поддерживала, рассказывала ему, какой он гениальный и что у него все обязательно получится. Поддерживала и материально, временно взяла на себя взносы по ипотеке, покупку продуктов, коммуналку и… еще больше учеников, чтобы все это оплачивать.
Скоро работы у Вики стало столько, что даже в выходные она частенько трудилась до поздней ночи, ездила по ученикам.
Потихоньку морально выгорала, но продолжала верить, что Влад вот-вот как пойдет, как найдет крутую работу… Он же преподаватель от бога, талантливый актер.
Но…
Он даже не пытался.
На собеседования не ходил, лечил депрессию обильной едой, десятичасовым сном, игрой в приставку, которую, как потом выяснилось, купил с ее кредитки. И в театре он больше не выступал.
— Творческий кризис, — так он это прокомментировал.
