Более не повторится.
— Разве ты должен за это извиняться? — Вика издала нервный смешок. — Это я непонятно куда смотрела, когда замуж за него шла…
— Я вот тоже не пойму, — проговорил Авик угрюмо. — Как ты умудрилась за него выскочить? Такая умничка, и так вляпаться… Это ж талантом надо обладать, Вик.
— О, да, — тяжко вздохнула она.
Посидели, помолчали.
Друг на друга посмотрели.
Выпили по глоточку кофе из одного стаканчика.
А потом Вика задала кавалеру самый важный вопрос:
— Авик, а ты вообще зачем сюда приехал?
Он усмехнулся, посмотрел на нее с затаенной грустью.
— Украсть тебя…
— Куда? — спросила она в недоумении.
— Замуж.
«Чудесно, блин! — фыркнула Вика про себя. — То гонит, то едет через всю страну красть…»
— Авик, напоминаю, ты меня послал куда подальше. Не помнишь разве?
Глава 23. Украду. Часть 2
Он уставился на Вику долгим, нечитаемым взглядом. И ровным счетом ничего ей не ответил.
— Авик! — Вика вспыхнула возмущением. — Ты не помнишь, что произошло у тебя дома? Как ты паспорт мой стал проверять, как даже выслушать не захотел…
— Все я помню, — буркнул он, насупившись.
Медленно закрутил термос с кофе, убрал его в подстаканник между сиденьями, и посмотрел на Вику так, будто собрался съесть. Или ей это показалось?
Она скинула кроссовки, забралась на кожаное сиденье его автомобиля с ногами, устроилась поудобнее и стала откровенничать:
— Я понимаю, тоже была неправа. Ты ведь спрашивал, замужем ли я, а я ответила — нет.
Но мне просто так не хотелось в первую же встречу вываливать перед тобой все грязное белье… Ведь брак у меня бракованный. Я не знала, как ты ко всему этому отнесешься, ведь мужчины любят в женщинах легкость. А потом было уже поздно признаваться, ты и слушать не захотел, послал меня.
— Да, я тебя послал, — кивнул Авик. — И это было звездец как неправильно с моей стороны. В свою защиту скажу лишь одно, я очень быстро осознал всю глубину собственной глупости и примчал к тебе разбираться в ситуации.
Мириться, и вообще… Ты очень обижена на меня, да, Вика?
Она заглянула внутрь себя и… с удивлением обнаружила, что никакой обиды в душе не прячется. Ее обиды на Авика разом закончились, когда он разрезал скотч, которым замотал ее Влад.
— Я не обижаюсь на тебя, — покачала она головой. — Просто понять пытаюсь, с чего такие американские горки? Почему в один день ты меня посылаешь, в другой едешь за мной за тридевять земель.
