Она поднялась из-за стола, быстро вымыла тарелку и повернулась к дочери, на лице которой было выражение неподдельной радости. Как мало ей было, в сущности, нужно, и как много Настя хотела Глаше дать.
– Идём. – Она взяла дочь за руку и повела в их комнату, где они жили вдвоём. – Расскажу тебе сказку.
Проснулась Настя ровно в шесть, словно по будильнику, хотя вполне могла поваляться в постели до законных восьми часов. В квартире было тихо – только слышалось, как тикают стрелки на часах и посапывает во сне Глаша, крепко прижимающая к себе мягкого зайца.
Настя повернулась на бок, закрыла глаза, но уже понимала, что вряд ли заснёт. С тех пор, как её жизнь превратилась в череду ужасных будней, у Насти появились проблемы со сном. И постоянно, будто кто-то раз за разом повторял кадры страшного кинофильма, она видела одни и те же обрывки сновидений.
Сначала – смерть папы, после – предательство мужа, в результате которого она лишилась квартиры, потом – рыдающую Глашу. Она прижимала дочь к себе, старалась успокоить, а та отчаянно плакала и хваталась за её одежду.
На этом моменте Настя обычно заставляла себя проснуться, будто стоило ей продолжить погружаться в эти картины с головой, она попросту могла сойти с ума.
Откинув одеяло, Настя осторожно, стараясь не шуметь, поднялась с постели и отправилась на кухню, чтобы приготовить завтрак для дочери и мамы.
– Поспала бы, – вместо приветствия проговорила мать, входя в кухню минут через сорок, когда Настя уже напекла стопку блинов.
– Доброе утро. Не спится.
Ты как?
Она повернулась и быстро оглядела маму. Вид измождённый – под глазами точно такие же круги, как у неё.
– Хорошо, – привычно соврала та. – Ты опять до ночи сегодня?
– Да. Машка Зеленцова всё же предлагает устроиться детской сестрой.
– Это исключено.
Настя выключила плиту и, налив себе и матери кофе, поставила чашки на стол и устроилась на крохотном диванчике. Упрямо поджала губы, потому что уже знала, что ей скажет мама. Она и сама до последнего отодвигала этот вариант, зная, что долго на работе сестрой по уходу за детьми не выдержит.
Смотреть на то, как мучаются крохи и оставаться равнодушной – невозможно.
– Там неплохо платят. Деньги поступают из фонда, а не от государства.
– Всё равно. Ты туда не пойдёшь.
Настя улыбнулась. Вроде как мать лезла в её жизнь, но делала это исключительно из лучших побуждений, потому это и вызывало улыбку, ничего кроме.
– Мам, Глашу в этом году в школу собирать. Это траты.
– Придумаем что-нибудь.
– Придумаем.
