Пусть он будет хоть в десяти основных составах одновременно. Пусть на него молятся все фанатки и представляют его своим мужем или отцом своих детей. Сейчас это всё было таким неважным.
Через мгновение она была рядом с мужем. Упала на колени, выдохнула коротко:
– Саша!
И с облегчением, которое почувствовалось физически, увидела, как муж садится, опираясь руками на лёд, а потом и вовсе встаёт. Господи, она и не думала, что может испытывать такой ужасающий страх, от которого силы исчезли, и Насте показалось даже, что она стала меньше, будто бы разом сдулась.
– Эй, ты чего? – приподняв её за предплечья, нахмурился Зубарев. – Со мной всё хорошо. Давайте уже дальше играть.
Настя кивнула и, развернувшись, поехала обратно туда, где валялась её клюшка. Правда, понимала, что вряд ли сможет быть полезной своей команде.
Этот матч они выиграли, но вкуса победы, особенно такой шутливой, Настя не чувствовала. Когда устроились за столом, заехав в ресторанчик, где решили перекусить небольшой компанией – их семья и семья Власа – Настя окончательно сникла.
Страх исчез, но вместо него появилось что-то сродни опустошению. Даже аппетит пропал, и когда перед Настей поставили тарелку еды, она испытала только одно чувство – тошноту.
– Я ещё вот что хотел сказать, – проговорил Саша, поднимая бокал вина. – Мне предложили не просто секцию в школе возглавить, но и попробовать себя в качестве директора.
Настя перевела взгляд на мужа, который, очевидно, ждал именно её реакции. Но она не особо понимала, что именно от неё требуется.
"
"– Это круто! – отозвался Влас. Дети тоже радостно завозились, хотя, вряд ли понимали всё значение того, что сказал Саша.
– Ты рада? – уточнил Зубарев у Насти, и она поспешно кивнула.
– Рада, да.
Все увлеклись едой и разговорами, обсуждая предложение, которое сделали Саше, и Зубарев, воспользовавшись тем, что остальные отвлечены, наклонился к Насте.
– Что-то не так? – нахмурился он.
– Всё так. Потом поговорим.
Он посмотрел на неё внимательно, после чего кивнул и больше эту тему не поднимал.
Домой добрались поздно вечером. Дети, слишком перевозбуждённые, еле переставляя ноги, отправились готовиться ко сну, Саша, заверив Настю, что вернётся к ней сразу же, как только проследит за тем, чтобы Никита и Глаша благополучно улеглись, пошёл следом за ними. А Настя наконец смогла отправиться в душ. Тревога и послестрессовое состояние не давали ей ни шанса на то, чтобы успокоиться. Даже сейчас, когда всё, вроде бы, завершилось благополучно.
