– Я буду нежна с тобою, милый. Я так тебя люблю.
Она расстегнула кофточку и грациозно выскользнула из неё. Взялась пальцами за молнию юбки.
– Я знаю, так тебе будет приятнее учиться. Ведь правда, любимый? Ты станешь смотреть на меня, сгорая от желания, а я начну рисовать на тебе сердце. Большое-пребольшое, как наша любовь. А потом мы проткнём его стрелой. Но помни, любимый, – Полина погрозила Царю пальцем, – никаких криков. Ты же не хочешь испортить нашу картину?
– Чуть не забыл, товарищи, – по губам Дзержинского бродила усмешка.
– Тот, кто намеренно убьёт ученика, проиграет и будет наказан директором школы.
Юбка сползла к щиколоткам Полины. Девушка переступила через одежду и подошла к Царю. Кончиком лезвия коснулась его груди.
– Снимай скорее эту гадость, желанный мой. Я так хочу тебя… видеть. Всего.
Царь дёрнулся, ощутив прикосновение стали к коже. Его лицо исказилось, он отступил на шаг. Полина, улыбаясь, пальцем поманила его к себе. За её спиной Царь увидел учениц – кажется, они тоже подошли поближе.
– Я понимаю, – сказала Полина, чуть нахмурив брови. – Да-да, я понимаю. Тебе страшно, милый. Конечно, как же иначе. Ведь ты ещё не пробовал так. Ничего, тебе понравится, вот увидишь.
Царь отступил ещё на шаг и спиной наткнулся на что-то. Обернулся и прямо перед собой увидел мёртвую женщину, которую не заметил раньше. Должно быть, она стояла в глубине толпы.
Учительская указка равномерно постукивает по спинке стула. Тук-тук-тук. Саша сжимается, ожидая наказания. Это он вёл себя плохо.
Это его сейчас…
Царь заорал.
Он продолжал кричать и тогда, когда Полина и Людмила Павловна вместе склонились над ним, чтобы взяться за дело. Полина, поморщившись, отыскала на полу свои трусики и, скомкав, вбила их ему в рот. Очень кстати подоспели ученицы, которые схватили Царя за руки и за ноги и прижали их к полу. На какой-то момент взгляд парня прояснился, он уставился на Полину.
– Милый, ты станешь таким красивым. Я тебе обязательно покажу, ты только доживи. Договорились?
Девушка провела языком по лезвию ножа, а затем, оттянув немного край футболки Царя, взрезала её.
Тонкий хлопок охотно поддался острой кромке. Проведя ножом до горловины, Полина откинула в стороны ткань и взялась расстёгивать брюки.
Покончив с одеждой, она, склонив голову, взглянула на Царя.
– Ты сейчас такой беспомощный… забавно. Раньше я смотрела тебе в рот, а ты вертел мною, как хотел. Но теперь…
Она провела кончиками пальцев по его телу – от шеи до паха.
