Спустя еще минуту дверь моей комнаты открылась и на её пороге появился Роман.
— Где твой чемодан? Поехали.
Глава 10
РоманКатя ещё раз оглядела свою комнату и медленно отдала мне чемодан.
— Ты его понесёшь? — удивилась она.
— А кто? Ты? Хочешь — тащи.
— Ну… Ладно. Неси.
Ну да, в былые времена я бы не стал помогать ей нести чемодан, а посмотрел бы, как его тащит и пыхтит сама Катя, но сейчас не самое лучшее для этого время…
Мы прошли по залу в коридор, и Катя остановилась. Она встала напротив фотографии с чёрной лентой.
Все застыли на месте, стараясь не мешать ей в этот момент. Катя провела пальцем по лицу на фото и почти прошептала:
— Я ещё сюда вернусь. Обязательно. Полью твою герань, бабуль… Она так воняет, но ты её любила… А впрочем…
Девушка сняла фотографию в рамке со стола и уложила её в свой рюкзак. Потом растерянно подняла полные слёз глаза на нас, не зная, что дальше делать. Что ж, фото бабушки она взяла с собой — я и сам так же бы сделал, наверное.
— Едем, Кать? — спросил папа её, видя, что она совсем потерялась.
— Таблетки, — сказала соседка, всовывая в руки отцу пакетик с лекарствами. — Она про них не вспомнила… Оно и понятно. Еду я выбросила, чтоб не завонялось. Воду и газ перекрыла.
— Спасибо большое, — ответил отец. — Ну что же, поехали уже домой, ребята.
Он вышел первым, а мы следом.
Всю дорогу Катя смотрела в свои колени и боязливо озиралась то на меня, то на отца, будто мы ей что плохое бы сделали. Лично мне единственное, чего реально бы хотелось, — прижать её, убаюкать рыжего Котёнка у себя на плече, но я рискую получить от неё по роже снова, а от отца — нагоняй невиданных размеров…
Поэтому просто молчал и хмуро пялился на неё, а она тут же прятала глаза.
Непривычно так. Катя ехала с нами, в одной машине. В машине отца. А та, на которой я приехал, ехала с водителем позади.
Когда мы оказались на территории дома, Катя подняла глаза и стала оглядываться. Она ничего не говорила, но по её лицу было заметно, что наш двухэтажный коттедж она явно оценила, если можно это сделать вообще в её состоянии.
Но в целом она так и оставалась вялой и разбитой горем.
Мы вошли в дом, и к нам навстречу вышла Наташа.
— Мальчики вернулись! Так поздно, что ужин…"
"Она осеклась, увидев, как мы вносим чемодан, а следом заходит испуганная Катя.
— Успел остыть… Здравствуйте, — машинально поздоровалась с ней Наташа, с интересом разглядывая девушку, которая, судя по выражению лица, словно мечтала стать невидимкой.
