"
"«Джон, оставляю тебе фото на память о нашем незабываемом романе! На развод я уже подала. Люблю тебя!»
Я в шоке оторвал глаза от фотографии, когда увидел дату.
Мама не встретила Джона после развода с отцом.
Она изменяла ему во время брака, и поэтому отец принял решение о разводе.
Они мне говорили, что просто устали друг от друга, а на самом деле мать нагло отцу изменяла, а потом бросила.
Джон разрушил нашу семью. Чтобы потом построить свою.
За спиной хлопнула входная дверь. Я обернулся и увидел мужа матери. Того, кто разбил мою семью.
— Привет, — сказал он мне на английском. — Что с тобой?
Каждая моя мышца превратилась в камень.
Всё внутри меня кипело и звенело.
Кулаки сжались и готовы были работать.
Перед глазами встала пелена безумной, неконтролируемой ярости…
КатяЗалипала в телевизор под чипсы, когда в гостиную вышел взволнованный Пётр Сергеевич. Я даже жевать перестала — что могло случиться? Никогда не видела его таким. Ведь выборы он выиграл и теперь мэр города, какие у него могут быть причины для переживаний? Если только это не Рома… Сердце сразу же кольнуло от страха, но ведь мы не так давно говорили с ним по телефону.
— Наташа… — протянул он руку к жене, и та подошла к нему, взявшись за неё.
Пётр Сергеевич совсем белый стал. Неужели случилось в самом деле что-то страшное?
— Что случилось, Петь? — спросила его жена.
— Рома… Он в тюрьме.
— Что? — вскочила на ноги я. — Что?!
— Он избил до бессознания отчима…
Глава 19
КатяЯ так и села на диван обратно. Смотрела во все глаза на отца Романа, но до меня никак не доходил смысл сказанного.
— Как избил? — повторила я почти шепотом.
— Довольно сильно, по словам его матери… — отозвался он. — В клинике сейчас Джон. Сотрясение мозга, есть переломы…
Ужас так и стянул грудь незримыми путами. В горле встал ком. Такие травмы — это серьёзно…
— Боже! — воскликнула я. — Но ведь он в США!
— В том и дело, — вздохнул Пётр Сергеевич, когда выпил успокоительные капли, которые ему принесла Наташа, которая, впрочем, хоть и держалась молодцом, но была такой же белой, как и мы с отцом Ромки.
— Что же ты натворил, Ромочка? — шептала я своим рукам, прижимая их к груди. — И что теперь дальше будет?
— Суд, наверное, — горько ответил отец Романа. — На территории США. По их законам…
— Но вы же мэр! — посмотрела я на него. — Вы ведь сможете его вызволить?
— Я там бессилен, девочка, — снова вздохнул Питерский-старший. — Я найду адвоката обязательно, но решать его судьбу будут по их законам.
