— Я вырос очень, очень богатым. Мой отец один из богатейших и самых успешных бизнесменов мира. Ты о нем не слышала, потому что он держится в тени. Но да, ты права, я рос в богатой семье. Избалованный всеми. Я никогда не делал что-то для себя, как ребенок. Для меня готовили еду, меня повсюду возили. Моя кровать была сделана специально для меня. Я имел телохранителей и сиделок, частных репетиторов. Вырос получая все, что хотел, и когда хотел. — Его голос был так близко. Я не смела дышать, боясь, что он уйдет.
— Такой была моя жизнь, пока мне не исполнилось восемнадцать. Я провел много времени с моим отцом. Он был моим героем. Я его боготворил. Я хотел быть похожим на него. Я смотрел на все, что он делал, работал с ним и задавал вопросы, делая заметки, узнавая все, что мог, о бизнесе. Я был настроен на то, чтобы быть его наследником и преемником. Тогда мне так казалось. На мой восемнадцатый день рождения, отец взял меня за руку отвел к воротам, дал мне ключи от машины и сто тысяч долларов.
И кое-что сказал. Я буду помнить его слова всю жизнь. Он сказал: «Теперь ты идешь своим путем, сын. Это твое наследство, и это все, что ты получишь от меня. Иди. Заработай свое счастье. Ты можешь вернуться сюда, чтобы навестить меня, когда захочешь. Но если ты останешься дольше, чем на месяц, я буду взимать квартплату, и никаких денег в долг, я буду ожидать их возвращения с процентами. Я заработал все то, что имею. Прощай, я люблю тебя». И тогда он повернулся и пошел прочь, закрыв ворота за моей спиной.
— Это... как-то хладнокровно. Я имею в виду, он просто... пнул тебя, просто так? Бросил тебя?
— Просто так. Только в той одежде, что у меня была, имея лишь автомобиль, и содержимое в чемодане. Вот так. Конечно, у меня были друзья, и место, где я мог бы остановиться, достаточное количество денег, чтобы купить себе собственную квартиру или проживать в гостинице. Но, однако, я точно знал, что сто тысяч исчезнут довольно быстро, если я не буду осторожен. — Рос потянул свою руку назад.
— История о том, как я оказался там, где я сейчас есть, имеет много плохого, я не буду рассказывать ее тебе сейчас.
— Господи, Рос. Тебе было тяжело?
Он не ответил.
— Да, полагаю, что да. — Он вздохнул. — Знаешь, только что, я рассказал тебе больше, чем говорил кому-либо и когда-либо.
— Я так и подумала. Спасибо, что рассказал мне.
— Спокойной ночи, Кайри. — Я почувствовала, как он отошел, а затем вышел, дверь закрылась, щелкнув.
