Это заставило меня кусать губы в попытке удержать стон. Он кружил своим толстым пальцем, и мне хотелось стонать, охать, ругаться, произносить его имя. Все. Но я не могла. Где-то, за стеклом, кто-то пел. Ее голос был мощный, поднимался и падал, песня становилась все громче и быстрее, другие голоса ей вторили. Песня достигла крещендо, перекрывая голоса остальных.
Его палец скользнул в меня еще раз, идя вглубь, отступая, растирая мои собственные соки по моему клитору, окунаясь, двигаясь, кружась один раз, два раза, три раза, не давая мне подойти слишком близко к краю оргазма.
Он добавил второй палец, и я хотела сказать ему, как сильно мне это нравиться, но я не решилась, потому что, если я издам звук, он остановится, и тогда я умру.
Я извивалась, поднимая бедра, стремясь освободиться, кусая губы так сильно, что мне казалось, что я чувствовала вкус крови. Мое дыхание было коротким, резкими рывками. Молчать стало невозможным, а то, что там были люди, всего в нескольких метрах от нас в соседних боксах делало все более опасным и рискованным, и волнующим, и поэтому мне было необходимо молчать.
Но я не могла. Я просто не могла. Послышался легкий, почти неслышимый хрип, выскользнувший из моего горла, и палец Роса сразу утихомирился. Я чувствовала, как растущий гул надвигающегося оргазма отступил, заставляя меня неистово биться в панике. Я съежилась, схватила его за руку и попыталась заставить его двигаться.
— Я не могла... не могла с собой ничего поделать...не могла с собой ничего поделать.
...
— Я знаю, милая. Я знаю. — Голос Роса в моем ухе был грубым и низким. — Ты так близко, не так ли? Ты хочешь кончить. Ты должна кончить. Но ты не можешь, если я не позволю.
Он хотел, чтобы я просила. Я знала, это. Я бы не стала. Нет. Я и так далеко зашла. Я хотела кончить, но я не была готова умолять его об этом. Я покачала головой, сжала бедра плотно вокруг его руки, прижимая его руку."
"— Ох, Кайри. Ты не попросила! Слишком горда для этого? — Его палец был все еще внутри меня, свернулся, дернулся, и я дёрнулась, тело мое реагировало, ведь он прошелся по клитору.
— Здесь ты права, — он погладил клитор снова, и я почувствовала теплое давление в моем животе. — Ты можешь кончить — все, что тебе нужно сделать, просто сказать — «пожалуйста, Рос». Два маленьких слова. Это на самом деле, даже не попрошайничество. Это просто... ты меня вежливо просишь.
Это было признанием его управления, его власти надо мной, и мы оба это знали.
