Он взял меня за руку, сжал мою ладонь с бокалом, и поднес к моим губам. – Пей.
Я коснулась жидкости губами и почувствовала дорогой виски. – Фууу. Нет.
Пей. – Его голос был резок. — Я не люблю повторять.
Я выпила. Мой пищевод покрылся лавой, а затем все стекло в желудок, как фунт кирпичей. Моя кровь воспламенилась, и голова начала кружится. — Боже, это было ужасно.
Но даже сказав это, я чувствовала себя парящей, как если бы я была на воздушном шаре. Я снова стала пить, и стало не так уж плохо.
"
"— Но ты снова пьешь и по собственной воле. — Я услышала улыбку в его голосе. – ты пьешь виски, это очень, кстати, поможет показать, как ты реагируешь на меня. Тебе оно не нравится на первый взгляд, но оно сжигает твое сопротивление, и вскоре ты станешь искренней.
Я снова стала пить, маленький глоток и лава снова в моем горле, в животе, огонь в моей крови, это было не так уж плохо. Он ободрил меня. – Ты сказал, что деньгами я платить тебе не буду.
И сказал, что сексом тоже. Так что же ты хочешь от меня?
— Только тебя. Твое полное подчинение. Твою жизнь.
Я слышала, как он глотает. – И ты будешь подчиняться. Из-за жара в чреслах, что ты чувствуешь, и то, как ты реагируешь на сам звук моего голоса... ты будешь подчиняться, потому что ты знаешь, что тебе следует держаться за меня. Я буду продолжать обеспечивать твою мать и брата, так долго, как долго ты будешь повиноваться мне.
За ними будут хорошо ухаживать. Все будет сильно отличаться, когда я буду следить за этим.
— А если я не буду выполнять все твои прихоти?
— Я отправлю тебя домой. Мы заключим договор о неразглашении, и ты будешь свободна.
— Только и всего? – Я сказала эти слова с горечью и сарказмом.
— Да.
— И ты бы не хотел, чтобы я отплатила?
— Нет. — Он сделал паузу для эффекта. – За исключением того, что ты больше не получала бы деньги. И тебе не было чем платить за брата и мать.
И даже если бы ты смогла остаться на плаву достаточно долго и закончила бы учебу. Ты правда думаешь, что твоей зарплаты хватило бы чтобы оплатить все счета.
— Я могла бы и работать.
— Да, Господи, помилуй! Я верю в тебя, верю, что ты можешь убить себя пытаясь. — Он остановился, чтобы выпить немного, и я взяла еще один бокал. – Ты могла бы это сделать. Но... твой выбор ограничен. Очень ограничен.
