Всё верно, я сидела в одной нательной нижней рубашке до колен. Усмехнулась. Богдаша явно нарвался. Фрося выскочила из шатра. Ругалась на чём свет стоит. Богдан оправдывался. Спустя некоторое время, Фрося вернулась назад. За ней в шатёр зашли мои фрейлины, одновременно они же сержант-дамы.
— Государыня? — Спросила меня Ксения.
— Проходите. Располагайтесь. Где ходили то?
— В город ездили.
— С ума сошли? Там сейчас грабёж идёт.
— А кто нас тронет? — Фыркнула Агнешка. — У нас сабли есть и пистоли. Да и рыцари с нами были.
— Польская княжна сняла пояс с кобурой, в которой был пистолет с кремнёвым замком. Такие пистолеты-пистоли имели все мои сержант-дамы и палатины. Так же к поясу крепились ножны с саблей. В шатре сразу зазвучал девичий смех. Девушки разоблачались, снимали свои мундиры, потом лёгкие кольчуги, которые носились под мундирами. Скинули сапоги. Я крикнула Богдана.
— Я здесь, Матушка. — Откликнулся мой главный палатин, за пологом шатра. Внутрь не заходил и не заглядывал.
— Богдаша, принеси каши для сержант-дам.
— И вина! — Крикнула Паула.
— Богдаша! — Это уже Ксения. — А курочки нет?
— Нет. — Ответил палатин. После услышали его недовольное бормотание. — Курочку им подавай. Кашей обойдётесь, чай не Царицы!
— Что он говорит? — Спросила итальянская княжна. Ксения засмеялась:
— Не довольный Богдаша. Сказал, что курочки нет. Что обойдёмся кашей.
— Да как он смеет? — Возмутилась Паула.
Я молчала, наблюдая за девушками с интересом.
— Этот смеет, Паула. — Ответила Агнешка. — Он же палатин.
— Паула посмотрела на меня. Я пожала плечами и улыбнулась.
— А, ну да, палатин. Но можно было и не хамить. — Паула тоже обиделась.
— Он не хамил, дорогая. — Заступилась я за Богдашу. — Это его естественное состояние. Не обращай внимания.
К тому моменту, как Богдан и Никиша принесли кашу с мясом и кувшин вина, из трёх сержант-дам, боле-менее одетой оставалась только Ксения. На ней были штаны, сапоги, верхняя рубашка. Она и приняла котелки с кашей и кувшин с вином.
Девчонки скребли ложками в котелках.
Я уже поела, теперь пила взвар, сделанный мне Фросей. Девчонки запивали кашу слабеньким вином. Наевшись, сложили котелки и выставили их за пределы шатра.
— Богдаша, прибери, пожалуйста. — Выглянула из шатра Ксения.
— Я что, прислуга? — Возмущённо воскликнул парень.
— Ну, Богдаша! Хочешь я тебя поцелую?
— Не надо. — Ответил он. Я услышала, как звякнули котелки. И удаляющееся недовольное бормотание Богдана. Ксения вернулась назад в шатёр и усмехнулась.
