Мы целуемся по-европейски в две щеки.
– Бэлла, рад тебя видеть, – говорит он, галантно улыбаясь. – Добро пожаловать на родину, наконец.
– Добрый день, Эльдар! Тоже рада встрече!
Глава 13
Алан
Синяя борода. Я знал, что мои сотрудники называют меня за спиной именно так. Нет, не потому что я изводил с белого света девушек или отличался изощренным деспотизмом. В общем и целом я был очень даже неплохим начальником – в меру строгим, в меру понимающим. Мог устроить выволочку по делу, мог понять и войти в жизненные обстоятельства.
Все, как у людей… Дело было в моем кабинете. Не в том, который был для всех, а моем «особом кабинете», том самом, куда имел доступ только я… и еще моя секретарша, или «Кукла», как я ее называл про себя, при том исключительно для определенных целей. Но и она не видела главного секрета, самого сокровенного сокровища этой комнаты.
Бэлла. Вот кто был в ней спрятан. Вернее, мои воспоминания о ней. Мои нереализованные мечты.
Моя тоска и подавляемое все эти годы желание… Когда семь лет назад, в Амстердаме, после лучшей ночи с женщиной, которая когда-либо была в моей жизни, я впервые после выпуска взял в руки грифель и бумагу, чтобы нарисовать ее, я и представить не мог, что эти три наброска – небрежных, неряшливых, неопытных, нетерпеливых, так как рука дрожала от пронзающего мое тело желания снова заключить ее в свои объятия и обладать ею до экстатических судорог, станут моей личной иконой.
Триптихом, на который я буду все эти годы молиться…
Эта комната – свидетель моих самых сокровенных тайн. Моей истинной боли. Моего бесконечного одиночества. Здесь я творил, придумывая новые сумасшедшие проекты, поражающие воображение своим креативом и функционалом. Здесь я строил свои самые смелые бизнес-схемы, позволяющие мне зарабатывать сотни миллионов. Здесь я выл волком, напиваясь и думая о том, как просрал свою жизнь, потому что она все равно, неважно, какие в ней были успехи и достижения, не имела смысла без Нее.
Здесь я вспоминал о прошлом и осмеливался погружаться в нелепые и несбыточные мечтания о будущем. Я, как дурак, мог часами смотреть на запечатленные мною тогда черты любимого лица и проживать с Ней жизнь, которой у нас никогда не будет – она в моем доме, на кухне, готовит свою вкусную еду, а потом мы вместе ужинаем.
