Возможно, он даже не осознавал, что делает — как и того, что она это заметила.
— Так, ничего, — вежливо ответила Мак. — Просто бормочу себе под нос.
Она поставила ручную кладь на конвейер, проследила, как та исчезла в рентген-установке, и направилась мимо охранника к раме интраскопа.
— Эй, какой у вас рост? — Охранник приподнялся на цыпочки, слишком близко придвинувшись к Мак (чем вызвал у нее чувство неприязни), явно довольный тем, что стал одним из пятидесяти тысяч людей, уже высказавшихся о ее необычном росте. От него пахнет пикулями и потом.
— Шесть футов с небольшим. А в вас сколько? Пять футов семь дюймов?
— Вы угадали, дорогая, — кивнул тот. — А я люблю больших женщин. — Он качнулся в ее сторону. Да, точно, консервированные пикули. Очаровательно.
— Знаете, Национальным центром статистики установлено, что средний рост мужчин — пять футов и девять дюймов. — Мак смерила его нарочито придирчивым взглядом. — Г-м-м, до среднего не дотягиваете… — С этими словами она прошла через металлодетектор, подхватила сумку, выехавшую из рентген-установки, и без дальнейших задержек направилась на посадку.
Глава 2
— Хочу быть любимой тобой, — нежно напевала Мэрилин Монро. — Только тобой, и никем другим…
Сьюзи Харпин тихонько подпевала ей, орудуя пылесосом, наводя безукоризненную чистоту во всех комнатах. Она снова и снова драила насадкой пылесоса ковер, обходя прислоненные к стене многочисленные мешки для мусора, набитые одеждой и ненужным хламом и похожие на тюки прессованного сена, ожидающие сборщика.
— Хочу, чтобы ты любил меня одну-у-у. Буп-бупи-бидю…
Сьюзи включила стереопроигрыватель на полную громкость, радуясь, что нашла любимый компакт-диск среди принадлежавших Бену скучных альбомов Led Zeppelin, AC/DC и Skyhooks. Такая музыка была ей не по вкусу. Она не находила ничего романтического в «Живя в семидесятых» или «Длинном пути наверх».
Заметив, что за большим окном гостиной небо потемнело, Сьюзи выключила пылесос. Бросив пристальный взгляд на улицу, она задвинула занавески и посмотрела, который час.
Здесь, в сонном пригороде Западного Сиднея, наступал ранний вечер понедельника, а ей еще так много хотелось успеть, прежде чем вернуться домой, чтобы собраться на работу. Сьюзи не привыкла хозяйничать в это время суток, и нехватка сна утомила ее, но она была стойкой и продолжала усердно трудиться. Она вновь открыла для себя заботы по хозяйству, они приятно волновали ее, и Сьюзи окунулась в них с головой с таким же пылом, как и в любое новое предприятие.
