Как понял таксист, она уже пребывала под кайфом. Жанна, вцепившись в своего спутника двумя руками, полезла из машины. Водитель в последний раз взглянул на молодые женские ноги в облегающих кожаных сапогах и с завистью подумал, что эти ноги сейчас достанутся не ему. Девица была занята, а ее спутник не производил впечатления человека, который легко уступит кому-то приглянувшуюся самку. Таксисту не оставалось ничего другого, как просто уехать.
– Вот здесь я и живу, – пьяно улыбаясь, пробормотала Жанна и вытянула дрожащую руку в сторону возвышавшегося неподалеку общежития.
– Что, не нравится? – спросила она, заметив, как изменилось лицо ее спутника.
Но красотка даже не представляла, до какой степени разочарован Раптор. Ему, повидавшему лучшие отели мира, сейчас предлагали поселиться в грязном и вонючем общежитии! Квартира Маши Веретневой и арендованная в Малаховке дача тоже не отличались особыми удобствами и комфортом, но в сравнении с грязной общагой оба этих жилья выглядели просто шикарно.
Террорист тут же пожалел, что связался с проживающей в общежитии девчонкой. Однако искать иное место для ночлега у него уже не было времени, и Сычев пошел вслед за Жанной к дверям общежития.
На входе сидел вахтер, который грозно шагнул навстречу ночным гостям, но, едва узнав Жанну, вернулся на свое место. Поздние возвращения девушки в сопровождении разных мужчин уже стали для вахтера делом привычным… Скрипящий лифт поднял Раптора и красотку на девятый этаж, где располагалась комната девушки.
В коридоре общежития навстречу им попался парень в грязной тельняшке, вытянувшихся на коленях спортивных штанах и с мусорным ведром в руках.
– Здорово, Анька! – криво усмехнулся парень. – Все трахаешься? Трипак еще не подцепила?
В ответ девушка разразилась длинной матерной фразой, смысл которой сводился к одному слову – «отвали». Жанна, оказавшаяся в действительности Анной, провела гостя в свою комнату. Попав в жилище девушки, Сычев недовольно поджал губы.
Комната выглядела более чем аскетически. Здесь имелась кровать с пружинной сеткой, были тумбочка, два стула, кухонный стол, книжная полка на стене да антресоль со встроенным шкафом. Вместо книг на полке стояла посуда, на тумбочке – электроплитка, а на столе – электрический чайник. В одном из углов комнаты выстроилась целая батарея пустых бутылок, где примерно в равных пропорциях встречались бутылки из-под водки, пива и портвейна.
