Чжан Чэнлин был всего лишь ребёнком, необычайно взволнованным от встречи с другом своего покойного отца. Он поведал старшему всё, толком не понимая сути вещей, но даже этого хватило, чтобы Мечник Цюшань насторожился. Когда мальчик закончил рассказ, Чжао Цзин надолго замолчал, перед тем как задать последний вопрос:
— Этот господин Чжоу… Тебе известно, кто он на самом деле?
Глазом не моргнув, Чжан Чэнлин выложил всё, что услышал в заброшенном храме. Чжао Цзин задумчиво прищурился, поглаживая бороду. В итоге он сказал мальчишке пару фраз утешения и отправил его отдыхать.
За десять дней совместного путешествия Чжоу Цзышу неплохо изучил Чжан Чэнлина. Несмотря на нехватку умений и то, что его баловали с раннего детства, мальчишка безропотно переносил тяготы дороги. Он вырос хорошим ребёнком с добрым сердцем. Пожалуй, даже слишком бесхитростным.
Чжоу Цзышу догадывался, почему Чжао Цзин вызвал парнишку для разговора наедине. Он также понимал, что Чжан Чэнлин разболтает хитрому лису всё, что можно и нельзя, совершенно не отличая первое от второго.
Но все ухищрения главы Тайху вызывали у объекта его тщательного расследования лишь тайную снисходительную улыбку.
Неважно, о ком шла речь — о Чжоу Сюе или Чжоу Цзышу — оба имени были засекречены. Самым влиятельным людям с хорошими связями был известен лишь факт существования Тяньчуана. О командире организации даже слухов не ходило.
Если кто-то попытался бы навести справки о «господине Чжоу», оказалось бы, что означенный господин служил младшим начальником дворцовой стражи и руководил охраной внутренних покоев.
Человек, безусловно, достойный и уважаемый, но не настолько, чтобы чрезмерно перед ним выслуживаться.
Разумеется, с раннего утра Чжоу Цзышу стал самой горячей темой для обсуждения среди обитателей Тайху. Из-за нескончаемого потока посетителей загадочный гость поместья Чжао не мог и шагу ступить из отведенных ему покоев. До вечера он только и делал, что принимал любопытствующих одного за другим — выбора всё равно не было.
— Ах, господин Чжао, для меня большая честь встретиться с вами! Увидеть ваше благородство — воистину благословение трёх жизней… Кто был моим учителем? Увы, я настолько ничтожен, что не заслуживаю вашего интереса.
— Ах, господин Цянь, для меня большая честь встретиться с вами. Увидеть ваше благородство — воистину благословение трёх жизней… Откуда я? Увы, я лишь простой нищий бродяга. Об этом даже не стоит упоминать. Нет-нет, я не из братства нищих,[60] я не достоин состоять в их рядах.
