Значит, это Мо Хуайян проводил разведку боем! Наверняка старый лис подогрел ярость собрата, чтобы оценить результат провокации с безопасного расстояния.
Не подозревая, что глава школы использует его в своих сомнительных целях, Мо Хуайфэн обнажил длинный меч и вихрем понёсся на Хозяина Долины. Под взглядами изумлённой толпы человек в кроваво-красном спокойно продолжил спуск по длинной лестнице. Вэнь Кэсин не уклонился, его шаги не сбились с ритма, однако Мо Хуайфэн вдруг издал душераздирающий вопль и рухнул на ступени.
Руки Вэнь Кэсина всё также расслабленно висели вдоль тела, а улыбка даже не дрогнула. Чжао Цзин не смог различить его движений.
Мо Хуайфэна безостановочно сотрясали конвульсии. Несколько серых призраков безмолвно окружили его и замерли в нетерпеливом возбуждении, не решаясь пошевелиться без приказа Хозяина Долины. Тот кивнул им и ласково подсказал:
— Давно пора. Не нужно лишних церемоний.
Чжао Цзин, да и остальные, поначалу не поняли смысл сказанного. Получив позволение Хозяина, обступившие Мо Хуайфэна призраки завизжали и набросились на беззащитного врага, словно группа детей на огромного жука.
В мгновение ока вверх взметнулся кровавый фонтан с ошмётками плоти: Мо Хуайфэна разорвали на части, части порубили на куски, и он стал мертвее мёртвого.
Зрачки Чжао Цзина расширились. Свирепая жестокость призраков поистине вселяла ужас!
К этому моменту Вэнь Кэсин был уже в трёх ступенях от главы Чжао. Подрастеряв храбрость, тот отскочил назад и выставил перед собой меч.
— Ты… как ты посмел?!
— Полагаю, вы до сих пор не поняли, герой Чжао, — голос Вэнь Кэсина звучал, как нежный ветерок и шелест моросящего дождя. — Покиньте гору Фэнъя — и вы окажетесь в мире, где положено жить по людским законам: спасать ребёнка от несправедливых побоев, утешать несчастных красавиц, платить за еду и протягивать руку помощи угодившим в беду. Всё это и значит — быть человеком. Но здесь, в Долине, людей нет. И рассчитывать на подобающее отношение…
Он оглянулся на залитых кровью призраков — после первой жертвы их жажда расправы многократно усилилась.
Вэнь Кэсин снова повернулся к Чжао Цзину и со смехом пригрозил ему пальцем:
— ...не стоит. Развязав битву, вы обречёте себя на смерть. Среди нас нет ни стариков, ни детей, ни мужчин, ни женщин. Есть только злобные призраки, жаждущие забрать ваши жизни.
Вэнь Кэсин равнодушно поднял руку и замер, лишь его широкий красный рукав развевался на ветру.
