Только поэтому Сюэ Фан и ему подобные грызлись меж собой, опасаясь злить безумного Вэня. Пока не выпадет шанс убить его с одного удара.
И вот этот день настал…
Лао Мэн считал, что подготовился наилучшим образом. Из его идеального плана выбивалась всего одна мелочь, с которой можно было разобраться по ходу дела. Пока Вэнь Кэсин странствовал за пределами Долины, Призрак Непостоянства перетянул на свою сторону три четверти обитателей Долины и чувствовал себя вполне уверенно. Даже будь у Вэнь Кэсина три головы, шесть рук и букет божественных техник, он не мог в одиночку выстоять против полчища призраков и армии героев цзянху.
Чжао Цзин беспокоил лао Мэна ещё меньше — если Мечника Цюшань не прикончит Хозяин Долины, это сделают скорпионы. Призраку Непостоянства останется лишь поймать Сюэ Фана и отобрать у него ключ от Арсенала.
Немного успокоившись, лао Мэн поднял голову и посмотрел в глаза Вэнь Кэсину:
— Пожалуйста, просветите меня, Хозяин Долины, — попросил он почтительно.
- - - - -
Новость о том, что люди Чжао Цзина передрались, не дойдя до Долины призраков, достигла не только хребта Цинчжу, но и ушей Да-Се, остановившегося в городке у подножья горы.
Глава скорпионов отдыхал в чайном доме, слушая пение молоденькой девушки, и тревожные новости были совсем некстати. Мгновенно помрачнев, он задумался, как не напороться на острые камни в быстром и непредсказуемом потоке событий. За богомолом, караулившим цикаду, увязался залётный воробей и спугнул его, вынудив бросить добычу.
Это могло доставить лишние хлопоты.
Да-Се отослал гонца, шепнув ему краткий приказ, и зачерпнул горсть дынных семечек. Заметно приободрившись, он между делом пнул ногой одного из подручных.
— Девица чисто поёт, пойди, дай ей денег. Хм… Старик, играющий на гуцине, тоже неплох. Заплати обоим.
Девушка поблагодарила добрых гостей за вознаграждение и помогла подняться дедушке, который трясущимися руками прижимал к груди гуцинь. Оба медленно добрели до двери, но, оказавшись на улице, седой музыкант остановился и отдал спутнице большую часть своего заработка.
— Доброе дитя, купи себе поесть и отдохни хорошенько, — его речь была по-стариковски хриплой и медленной. Казалось, он едва стоит на ногах.
Девушка несогласно затрясла головой:
— Так не годится, почтенный! Вы уже несколько дней меня выручаете. Сами-то на что будете жить?
Как оказалось, эти двое вовсе не были родственниками.
— Бери, бери, — махнул рукой старец.
