Начиная с того, как человечки раздевали друг друга, каждый шаг был скрупулёзно проиллюстрирован, ведя внимание зрителя от одного изображения к следующему. При быстром последовательном просматривании сюжетов казалось, что крошечные фигурки двигаются!"
"Вэнь Кэсин непривычно долго воздерживался от комментариев, прежде чем наконец подобрал подходящие слова и, еле-еле сохраняя серьёзность, заявил:
— А-Сюй, я и представить не мог, что ты обладаешь таким поразительным талантом.
— Право, не стоит похвалы, — категорично возразил Чжоу Цзышу.
— Это всего лишь небольшое увлечение, недостойное столь высокой оценки.
Вэнь Кэсин снова не нашёл выражений для пристойного и в то же время честного ответа, но про себя отметил, что кожа А-Сюя становится толще с каждым днём.
Да-Се грохнул чайной пиалой об стол и резко вскочил на ноги. Глава скорпионов был так взбешён, что любезная улыбка медленно обнажила его зубы, превращаясь в оскал.
— Чжоу-сюн, это совершенно несмешная шутка.
Чжоу Цзышу спрятал руки в рукава и неторопливо осведомился:
— Почему же? Я спрашивал, кто заплатил за убийство Чжан Чэнлина, а в ответ получил сведения о человеке, который лишь передал деньги, а не о заказчике.
На мой взгляд, это использование лазеек в формулировках. И, раз уж подобный подход оказался допустимым, напомню: наш уговор состоял в том, чтобы мы показали, как ублажаем друг друга… — он сделал паузу, потянулся к стене и постучал костяшками пальцев по рисунку. — Вот, пожалуйста, это мы. Если заметишь несоответствия или расхождения с реальностью, прошу, говори, я приветствую конструктивную критику.
Очевидно, опасаясь, что Да-Се не сможет расшифровать пиктографию, Вэнь Кэсин с энтузиазмом пришёл на помощь:
— Я искренне сожалею об ограниченных художественных способностях моего супруга. Если сходу трудно разобраться в рисунках, позволь объяснить. Видишь маленькую фигурку сверху? Очевидно, это я…
Чжоу Цзышу искоса окатил его холодным взглядом и перебил:
— Люди прибегают к объяснениям, когда лгут.
Зачем ты это делаешь?
Да-Се добела сжал кулаки и выплюнул сквозь стиснутые зубы:
— Ты зашёл слишком далеко!
Он не подал ни одного знака, не произнёс ни единой команды, да и отзвуки его гневных слов ещё звенели в воздухе, когда восемь скорпионов в чёрном возникли в углах комнаты, словно соткавшись из теней. Чжоу Цзышу и Вэнь Кэсин не казались удивлёнными, а последний наконец перестал сдерживать смех.
— О, небо! — воскликнул он в непритворном веселье.
